Было уже около двух часов ночи и Андрей, не обращая на меня никакого внимания мирно храпел, развалившись на узком диване.
«Ну и как мне теперь тут спать?» — недовольно подумала я. «Я все-таки не одна лежу, а с двумя детьми!» — обиженно поджав губы я так разозлилась, что толкнула его локтем в бок.
Он громко хрюкнул, но все же подвинулся.
Улыбнувшись я прилегла на краю дивана рядышком с ним, но вскоре почувствовала, как его крепкие пальцы прижали меня к мощной груди. Он сразу успокоился и задышал ровно спокойным дыханием.
Я обернулась, пытаясь рассмотреть в темноте он действительно спит или придуривается?
Привстала на локте, но проклятый диван тут же противно заскрипел. Андрей встрепенулся и прижал меня еще крепче к себе. Вздохнув от того что не вышло разгадать его действия, я решила расслабиться и уснуть в его крепких объятиях натянув на нас теплое одеяло.
Было так хорошо ощущать его рядом, что я не заметила, как провалилась в спасительный сон.
А утром меня разбудили горячие ласки Андрея.
Он не стесняясь шарил по моей груди и жадно целовал мою шею.
Я едва не задохнулась от такой наглости и решила, что в этот раз этот номер у него не пройдет. Сжав от злости зубы, я грубо оттолкнула его от себя.
Халат мой был полностью развязан, и я предстала перед ним в чем мать родила.
Он посмотрел мне в глаза и зло усмехнулся.
— Вчера ты не сильно возражала, — сказал он и откинул одеяло на пол.
Он лежал в одних только трусах, и я видела уровень его возбуждения.
И когда он только успел раздеться? Я точно помнила, что вчера он уснул в одежде.
Взяв себя в руки, я посмотрела на него в упор.
— Вчера я еще не знала, что ты окажешься таким козлом, — со злостью сказала я и отвесила ему звонкую пощечину.
Он грубо сжал мою руку и пригвоздил меня руками на жестком диване.
— У шлюх не спрашивают разрешения, — сказал он презрительно, — их грубо имеют и отсылают прочь.
Я отшатнулась как от удара.
— Вчера у тебя это хорошо получилось, — сквозь слёзы тихо сказала я. — Что же еще ты от меня хочешь?
Меня в буквальном смысле затрясло от негодования и злости.
Схватившись руками за голову, он повернулся ко мне, и я увидела его дикий и бешеный взгляд.
— Хочу тебя больше никогда не видеть. Всю душу ты мне вымотала, — со злостью сказал он и ударил кулаком по дивану.
— Твое желание будет исполнено, — ответила я и вырвала свою руку из его захвата.
Аккуратно взяла черное платье со стула и не глядя на него сняла тот махровый халат повернувшись к нему голой спиной. Затем грациозно надела платье и взяв свою сумочку я молча вышла из комнаты.
Тишина была оглушающей.
«Пора возвращаться в отель» — подумала я и надев верхнюю одежду вышла из квартиры осторожно захлопнув за собой дверь. Мне не хотелось будить гостеприимных хозяев.
Проходя мимо мусорки, я вспомнила про трусы, которые так и остались лежать в моей сумке. Без сожаления я выбросила их вместе со своей болью и несбыточными мечтами.
«Хватит страдать и унижаться. Я смогу быть счастливой и без него» — грустно подумала я и пошла в сторону метро.
Андрей не знал почему, наговорил столько гадостей Анфисе.
Вчера он осознал, что только она нужна ему и никто больше. Никогда он не встречал таких женщин как она. И даже был готов ей простить измену с Петуховым. Но когда оказывался с ней рядом, не мог побороть свой гнев и жалил ее больно наказывая за свою ноющую в сердце боль.
Хозяева квартиры встали, и он поспешил зайти на кухню и выпить воды.
— А где Анфиса? — спросила Маша готовя омлет на завтрак. — Еще спит? — подмигнула она ему весело.
Андрей в ответ усмехнулся и сказал хриплым голосом:
— Она давно ушла.
Маша ахнула и положив лопатку на тарелку прикрыла от удивления рот рукой.
— Как ушла? Вы что с ней уже обо всем поговорили? — в шоке спросила она.
Омлет стрелял и булькал на сильном огне, но на него никто не обращал внимания.
— Нет, — сказал Андрей и налил себе в кружку воды. После вчерашней попойки его мучила жажда и жутко болела голова.
— Как нет? Почему? — удивилась Маша и опомнившись принялась помешивать лопаткой омлет пока он не подгорел, быстро убавив уровень огня на плите.
«Да чего Вам всем надо?» — недовольно подумал Андрей и схватился за голову.
Вспомнив их утренний разговор с Анфисой, он вмиг разозлился:
— О чем нам с ней разговаривать? Не могу я простить ей измену, понимаешь? — зло выпалил он, не сдерживаясь от охвативших его вдруг эмоций.
Маша молча выключила готовый омлет на плите и поставила греться чайник.
Затем усмехнусь своим мыслям и тряхнула слегка головой. Волосы ее выли собраны в хвост и без макияжа она смотрелась довольно юной несмотря на свой возраст.
Развернувшись к нему с грустной улыбкой, она тихо произнесла:
— Андрей, какую измену? Ты, о чем? — затем вдруг улыбка на ее лице погасла, и она произнесла уже серьезным голосом: — Она вчера мне все рассказала. Не было у нее ничего с Петуховым.
Глядя на нее Андрей со злостью стукнул стаканом о стол.
— Это ложь. Ее видела уборщица. Так что с фактами не поспоришь. К тому же в кабинете стояла камера, — в бешенстве вскрикнул он и сжал кулаки вспоминая эту историю.
