В его голосе звучала такая доброта, что она едва не потеряла голову. После того как задание будет выполнено, она никогда больше не возьмется за подобную работу! Выполняя разнообразные миссии для Ившира, она узнала, как коварны большинство мужчин. Однако никогда прежде ей не приходилось сталкиваться с таким вот мягким, сочувственным отношением.
– Я виновна только в одном, – продолжала она. – Я устроила так, что леди Грэнхем обнаружила меня в вашей спальне. Я думала, что она отвлечет ваше внимание в случае, если вы вернетесь раньше времени, и я сумею улизнуть с вашим галстуком. Мне, право, очень жаль, что все так вышло. Я рассчитала неверно, мне и в голову не приходило, что она привяжет меня к вашей кровати.
Признание довольно рискованное, но оно давало возможность усыпить его дальнейшие подозрения. Он поднес ложечку к губам, отпил каплю.
– Да, мне все известно. Я видел твою записку. Теперь, когда мое любопытство удовлетворено, твоя очередь спрашивать.
– Так вы на самом деле вовсе не считаете меня врагом?
– Нет. И я знаю, что тебе очень любопытно узнать обо мне. Она собралась с мыслями.
– Любопытно? Ну разумеется. Любопытство – мой главный порок. И в один прекрасный день оно меня погубит, как кошку.
Дав засмеялся.
– Да я уж заметил. – Он бросил взгляд на часы, стоявшие на каминной полке. – Но нам пора идти.
– Идти? Куда?
– Мой дорогой Джордж, теперь, когда ты научился кланяться, как подобает джентльмену, пришло время нам решиться выйти на прекрасные улицы дьявольского города.
– Постойте! – воскликнула она. – что же мой вопрос? Он остановился в дверях и ухмыльнулся.
– В чем дело, мадам? Неужели ваш вопрос настолько личного характера, что вы не можете задать его на улице?
На улице множество мужчин толкались, болтали и угощали друг друга остротами. Сильвия и Дав быстро шагали мимо беспорядочного нагромождения домов и лавок. Лондонцы текли мимо них потоком. Дав шагал рядом с таким видом, будто так и надо, будто она просто другой мужчина, не пытаясь оградить ее ни от карет, кативших по мостовой, ни от толп пешеходов. Вообще-то довольно приятно вот так шагать, размахивая руками, расталкивая локтями толпу, как все остальные.
– Куда мы идем? – спросила она.
– К реке.
– К Темзе?
– Здесь только одна река: неутомимое сердце и бездонная душа порочного города, одновременно и кровеносная система, и сточная канава нашей прекрасной столицы. – Толпа начала редеть. Сильно запахло рыбой и гниющими водорослями. – Радуйся, что сейчас зима. Темза не слишком-то приятная речка летом. Она так воняет!
– Да уж не больше, чем улицы, надо думать. Он засмеялся.
– Сказать по правде, летом что угодно кажется лучше улиц.
– Ты никогда прежде не гуляла по городу ночью пешком? – спросил Дав, когда они поднялись на мост и остановились, чтобы обозреть окрестности.
Стало уже совершенно темно. Товарные склады высились на южном берегу, похожие на огромные кубики. Дальше вниз по реке стоял целый лес мачт, опутанный паутиной такелажа.
– Нет. Никогда. Большую часть жизни я провела внутри помещений или по крайней мере внутри садовых оград.
– Я так и думал, пора тебе познакомиться и с жизнью городских улиц.
– Мы пришли полюбоваться на Темзу?
– Я подумал, что тебе также захочется взглянуть и на наш новый Вестминстерский мост. Ему чуть больше десяти лет. Он гордость и радость нового Лондона короля Георга, стоивший неисчислимое количество золота и довольно скромного числа человеческих жизней.
Свет одного из фонарей моста падал на его шляпу, так что четкий его профиль оставался в глубокой тени. Где-то глубоко, за ребрами, сильно и глухо билось в ней тревожное чувство. Его голос звучал так ласково и спокойно. «Я поверю тебе».
– Город, который постоянно строится и перестраивается, – промолвила она. – И все ради того, чтобы мужчины могли разнообразнее в нем резвиться.
– И женщины – особенно те, у кого особое призвание. Не вздумай отправиться гулять ночью по Лондону одна, в мужском ли платье, в женском ли. – Взгляд его не отрывался от дальнего горизонта. – Город, который ты видишь, – опасный город.
Сердце ее забилось еще быстрее. Вспомнились слова Ившира, сказанные ей как раз в ту ночь, когда она встретилась с ним, потихоньку вылезши из окна номера восемнадцать: «Он посещает районы Лондона, в которые ни один нормальный джентльмен не осмелится сунуть носа».
– Полагаю, вы хорошо знакомы с городом из-за вашего приюта в Сент-Джонсе. Верно, вы знаете не только заведения высокого класса, но и те, что посещают торговцы, ремесленники, подмастерья?
Если он и поколебался, то не более мгновения:
– Да, большинство таких заведений мне известны. В Лондоне не много, которые внушали бы мне страх.
Фонари нескольких лодчонок тут и сям светлячками качались на поверхности воды. Сильвия знала город искусственный, замкнутый внутри стен, а город улиц она не знала. Разумеется, она уже успела походить по Лондону одна, хотя по совершенно безлюдным местам и в более новых, фешенебельных районах.
– Я хочу увидеть все, – высказала она свое пожелание. – Я хочу увидеть весь порочный город.
