Лунный свет играл с тенями, делая щеки более впалыми и скрывая его глаза. Он легонько провел большим пальцем по ее губе и продолжил по изгибу ее подбородка. Его рука подрагивала, но прикосновение заставило ее почувствовать, словно она вернулась домой после долгого отсутствия, словно в нем заключалась все лучшие воспоминания о том, каково быть человеком.
Айзек был совершенно другим. Жестким, смелым, с задатками лидера. Призывающим ее смотреть в будущее и забыть прошлое. Но она напомнила себе, что половина всего, что между ними происходило — было в ее голове. А та часть, что была реальной, была такой же опасной и самоубийственной. Это же было реальным. Вайат был настоящим, и он стоял рядом с ней во плоти.
Близость с ним не проявлялась в сильном взрыве, охватывающем все чувства сразу, но истинная близость — та, которой она могла бы доверять — требовала время для пробуждения.
Не так ли?
Кашель в одной из палаток привел ее в чувства, и она отшатнулась.
— Кажется, мне нужно сделать обход.
— Вайат? Грета?
Встревоженная криком Джейкоба, она повернулась и бросилась к откинутой створке его палатки. Он стоял, дрожа, но улыбался ей.
Вайат приблизился не так поспешно.
— Что случилось, Джейк?
Джейкоб посмотрел на нее и опустился на землю, его лицо исказилось гримасой нескрываемой тоски.
— Я… Я не могу спать.
Чувствуя неуверенность в занимаемом ею месте в этой, по сути, семье, она опустилась на одно колено так, чтобы их глаза оказались на одном уровне, и начала растирать его руки движениями вверх-вниз, чтобы согреть от резкого ночного воздуха.
— Я тоже не могла заснуть, — призналась она, глядя на Вайата с приподнятой бровью. Он кивнул, поняв, о чем она спрашивала. — Сейчас довольно темно, и мне кажется, что, возможно, мне не помешала бы компания. Ты не хотел бы разделить со мной мою палатку?
— Да. Да, конечно!
Маленький мальчик ухватил ее за руку так быстро, что Вайат тихонько хихикнул за ее спиной.
— Ну, тогда давай, хитрый дьяволенок. Завтра тяжелый день, и вам обоим нужно поспать.
Джейкоб помахал Вайту и начал тащить ее прочь.
— Спокойной ночи, Вайат.
Грета обернулась через плечо и на нее нахлынула теплота.
— Спокойной ночи, Вайат, — прошептала она.
Уложив Джейкоба на одеяло рядом с собой, Грета еще несколько минут слушала его взволнованную болтовню. У мальчика было слишком много энергии. Возможно, он воспринимал Грету как некое развлечение, поэтому болтал без умолку, рассказывая истории о других мальчиках.
На прошлой неделе Джек, видимо, поймал своего первого зайца, но Джейкоб считал, что вкус у него противный. Однажды Чарли и Найл заболели, покрывшись ужасными красными точками по всему лицу, и чуть не умерли. Рэй всегда отдавал ему все ядра, когда они находили орехи. А Слоан иногда плакал во сне, но не хотел, чтобы кто-то об этом узнал.
Даже когда поток слов начал уменьшаться, он не хотел закрывать глаза, словно боялся, что она исчезнет, когда он проснется.
— О, а…
— Сорока, ш-ш-ш, — прошептала она, накручивая на кончик пальца волоски на его виске. — Теперь засыпай. Остальное можешь рассказать мне утром, я обещаю.
Как только Джейкоб перестал болтать, он широко зевнул. Мальчик пытался бороться с зевотой, но еще через несколько минут его глаза закрылись, и он крепко заснул. Грета, лежа на спине, слушала, как его дыхание выровнялось, а тело обмякло на ее руке.
После переосмысления всех предстоящих завтра рисков и придумывания все более новых осложнений и ни одной альтернативы, Грета под утро, наконец, заснула, чувствуя себя гораздо более растерянной, испуганной и неспокойной, чем когда-либо.
Сон начался почти мгновенно, перенеся ее глубоко в темный лес. На этот раз не было никакого предисловия, никакой путаницы, и Грета не была удивлена. Она ждала его и точно знала, где все происходит — у волшебного круга возле дома Люка.
Падал тяжелый мокрый снег, хотя ей было ни капельки не холодно. Две луны Милены выглядывали из-за тяжелых облаков. Она заметила, что они были почти на одной линии, доказывая, что она волновалась о затмении все время, даже во сне.
Он шагнул из темноты прямо перед ней, одетый в черное, и Грета не смогла подавить острые чувства, всколыхнувшиеся в ней. Едва их глаза встретились, она подумала о том поцелуе. С силой прижаться спиной к стволу дерева — только так она смогла удержаться и не побежать к нему.
Удивленное выражение мелькнуло на его лице, когда он заметил ее колебания, но оно исчезло так быстро, что она, наверное, вообразила это.
— Почему мы здесь? — нетерпеливо спросила она, не обращая внимания на трепет в животе. — Что ты теперь от меня хочешь? — ее голос был гораздо резче, чем она хотела, но так было лучше. Меньше вероятность, что они начнут целоваться, если оба будут заняты защитой.
— Скажи мне, где ты прячешься, Грета. Я сузил круг, но не могу найти тебя.
Благодарная за помощь она подумала о маленьком тельце, прижавшемся к ее боку в реальном мире, и покачала головой.
— Ты знаешь, я не могу.
— Ты все еще не доверяешь мне.
— А должна?
Его губы скривились.
