— Особенно лобстер, — добавила Эмили, еще сильнее прижимаясь к Эрику.
— Особенно лобстер, — повторил он уверенно, протягивая кредитку.
— С моего счета спишите, — стоя у гардероба, выкрикнул администратору Билл и помог Анне надеть пальто.
— Одну секунду. — Администратор вежливо посмотрел на Эрика и что-то набрал на клавиатуре. — Мистер Свифт, недостаточно средств…
— Чего? — скорчил недовольное лицо Билл. — Другую попробуй, у вас же есть номера моих карт.
— Это автоматически… Везде недостаточно средств, мистер Свифт, — растерянно посмотрел на Билла администратор.
«Вот и все», — пулей пролетело в голове Билла. Он прекрасно понимал, что это последствия. Расплата за его сраный уход, о котором он сейчас не просто жалел, а за который искренне себя ненавидел. Он знал, что это только первая ласточка и начинает этот зверь всегда с малого. Словно жирный питон, он душит постепенно, играя с теми, кто не повиновался его правилам. Законам хозяина клуба. «Урод! И на хрена я, блядь, ушел? Нет… Я поговорю с ним. Я все исправлю», — с надеждой подумал Билл и с нескрываемой злостью посмотрел в испуганные глаза Эмили.
«Так он… он не соврал, что ли?» — моментально промелькнуло в голове журналистки и словно клином вошло в, казалось бы, уже до конца оформленное новое «я». Пустило еще одну трещину в незыблемой правильности своих недавних поступков.
— Может, сбой? — включил дурачка Билл.
— Вот, — подошла к стойке администратора Анна и, нарочно задев плечом Эмили, не раздумывая протянула карту. — Мелочь же, я рассчитаюсь.
— Все в порядке, спасибо, мэм, — вернул ей карту администратор. — Теперь вы, сэр. — Он посмотрел на Эрика.
— Да. Да, конечно. — Эрик передал карту администратору и обернулся на уходивших Анну и Билла.
Сейчас журналист облегченно почувствовал, как с его плеч свалилась целая гора. Как его счастье, уже не мнимое, а настоящее, жмется к нему под бок. Становится реальным и полностью осязаемым. Тем самым, ради которого он и был готов забыть все. Все, что было до этого дня.
За дверьми ресторана заблестела луна…
Часы показывали полпервого ночи. Яркая луна, что голубым светом отражалась от темных окон дома в Бушвике, с интересом наблюдала за неспешно подходившей к подъезду парой. Стук каблуков Эмили звонким эхом проносился по безлюдной улице, изредка заглушался проезжавшими мимо автомобилями и отчетливо выделялся на фоне шелеста засыхающей листвы деревьев напротив дома. Уличный фонарь, что вчера так раздражающе мигал, сейчас совсем погас и больше не освещал путь Эмили к подъезду.
— Пришли. — Эрик еще крепче прижал к себе Эмили.
— Прости, что все испортила. — Эмили приложила голову к его плечу. — У меня почему-то постоянно так… — расстроенно добавила она.
— Главное, что теперь ты в безопасности. — Эрик нежно заглянул в ее глаза. — И теперь я сделаю все, чтобы так было всегда.
Такие приятные слова, такие приятные чувства… Забота, поддержка, понимание, нежность — все это буквально ощущалось через добродушный взгляд Эрика. Эмили чувствовала, как по всему ее телу расходится тепло, как оно согревает внутри, как успокаивает и как усиливает утреннее желание этого по-настоящему идеального мужчины.
— Я не хочу, чтобы ты уходил. — Она нежно посмотрела в его голубые глаза. — Никогда.
Эмили не помнила, как они поднялись наверх, как вошли в квартиру, как она сняла пальто. Сейчас она просто чувствовала, как пальцы Эрика поднимают подол ее мини-платья и стягивают трусики. Как, придерживая за голову, он прижимает ее к стене прямо у входной двери.
Эрик больше не мог контролировать себя, свои чувства, свое рвущееся наружу желание. Каждый новый поцелуй, что буквально вдавливал Эмили в стену, каждое прикосновение языком к ее шее, ушам, щекам убивали все страхи и нерешимость. Выпускали его страсть из сломанной темницы сомнений. Горячая кровь бурным потоком приливала к затвердевшему члену и теперь уже не просто разжигала внутри Эрика пожар, она заставляла его действовать. Неудержимо и пылко любить.
Прихожая наполнялась все более громкими звуками поцелуев и тяжелым дыханием влюбленной пары. Тусклый свет лампы мягко стелился по загорелой коже Эмили и придавал ей насыщенный эфиопский оттенок. Целиком находясь во власти рвущегося наружу вожделения, она судорожно расстегивала ремень Эрику и через мгновения уже чувствовала, как длинный член проскальзывает в ее влажное лоно.
— А-а-ах… — тихо вырывалось из уст Эмили от глубоких, но с паузой в несколько секунд, толчков Эрика.
Он старался войти в нее как можно глубже и как можно сильнее. То рывком приподнимал вверх по стене, то отпускал, слыша стук ее каблуков об пол. Каждое их движение не прерывало поцелуев, а жар, что шел от сливающихся друг с другом тел, высвобождал пот. Делал кожу влажной. С каждым новым толчком бедра Эмили все сильнее содрогались и ощущали приближавшийся так быстро оргазм. Комната наполнялась стонами, грохотом и звуками страсти. Сейчас Эмили даже не верила в то, что такое бывает. Такие чувства, такая большая любовь и такое желанное тело…
