Ибрагим хотел щёлкнуть зубами, но мужчина надавил на его висок и сказал:
– Тише-тише, я знаю о чём ты подумал. Я уверен, у тебя там пломба или ампула с ядом. Дешёвый, но рабочий трюк. Не советовал бы умирать так рано, ведь я знаю достаточно, чтобы превратить твою жизнь в ад. И жизнь твоих родных тоже.
– О чём вы?
– Вчера я смотрел на трёх твоих дочерей в парке. Милые девчули.
Ибрагима прошиб холодный пот.
– Три юные особы в сопровождении своей матери. Самой младшей сколько? Пятнадцать?
Мужчина сглотнул.
– Тринадцать, – прохрипел Ибрагим.
– Такая юная… будет очень жаль, если с ними что-то случится. Например, совершенно “случайно” собьёт машина, лифт сломается или что-то ещё…
Курьер не знал, что сказать, а неизвестный продолжал.
– Если ты думаешь, что я блефую Ибрагим, то сомневаешься. Я знаю где ты живёшь, я знаю на кого ты работаешь, знаю где твои дочери учатся и где отдыхает твоя жена. Я знаю о тебе всё. Навёл справки. Ты можешь сейчас убить себя. Возможно, это было бы правильное решение. Но готов ли ты пожертвовать своей семьёй ради незнакомых тебе людей? Готов ли ты умереть за идею?
Тот закрыл глаза.
«Простите меня, мои родные. Простите меня все».
– Что тебе нужно?
Тот издал смешок.
– Я так и думал. Мне нужна коробка которую ты забрал, та что в твоём багажнике. Хочу передать одному человеку подарок. А ты доставишь его. И смотри, без глупостей. Если сделаешь, всё как я скажу, то твои родные никогда не узнают об моем существовании.
– Гарантии?
Неизвестный ещё сильнее надавил на рукоять пистолета.
– А у тебя есть выбор?
Ди тяжело дышала, смог закрывал глаза, было невозможно дышать, когда она приподнялась.
– П.. кхе-кх… Павел!
Сквозь дым она заметила дверь и кого-то под ней.
«О нет…».
– Паша!
Ди подняла остов двери и отбросила его в сторону. Часть руки и лица Павла покрывали ожоги, сам он с головы до ног находился в пыли, саже и крови. Девушка проверила пульс.
«Без сознания».
– О боже…
Пламя тянущееся от входа проникло в квартиру и стало перебрасываться на ковёр. Единственный выход был разрушен и в полу зияла дыра. Кто-то кричал и явно набирал девять-один-один.
Впервые за долгое время, Ди ощущала, что её загнали в ловушку…
Мужчина в кожаной куртке стоял неподалёку и наблюдал. Он видел как из окна дома клубами валил дым. Подарок был доставлен.
– Я надеюсь, в этот раз ты не подведёшь, Зеро.
Наушник был вставлен в его ухо и он пристально следил за входом.
– Не волнуйся, промашек не будет.
– Льву, ты тоже самое говорил?
– Ты не слишком мне доверяешь, Термит.
– А должен?
Тот проверил находящийся в кобуре пистолет.
«Я не оплошаю».
– И почему тебе всё нравится взрывать? Разве, господин Николай тебе говорил доставить тебе её голову.
– Николай может играть в свои игры сколько угодно, а я работаю так, как мне удобнее. И если всё верно, исходя из той информации, что мне предоставили и твоих рассказов, одной взрывчаткой, эту девку не убьёшь.
– Это точно, я хорошо её знаю. Порой мне кажется, даже слишком хорошо.
– Тогда почему наняли для дела меня? Боишься запачкать руки?
Тот рассмеялся.
– Боюсь. Ведь тогда меня точно обнаружат. А я пока не готов расставаться со своей головой.
Термит ухмыльнулся.
– Только твоя подруга, скоро с ней расстанется.
Ди с трудом подняла Павла. Здоровяк и вправду казался тяжёлым. Её мутило и голова болела. Кошмар, что произошёл недавно, снова повторялся. Но на размышления времени не оставалось. Пламя перекинулось в подъезд и она видела, как кто-то бежал по лестнице, а кто-то пытался потушить разгорающийся пожар.
Нужно было выбираться отсюда.
С трудом Ди дотащила тушу Павла до дивана. Плечо отозвалось ноющей болью.
У любого агента, должен быть запасной план.
Положив аккуратно Павла и закашлявшись, она навалилась на диван, сдвигая его.
– Давай же!
С трудом, сдвинув его в сторону она обнажила под ним люк, достаточно широкий, чтобы они оба могли протиснуться в него. Открыв люк, показалась винтовая лестница ведущая в квартиру ниже. Да, Организация выкупила обе квартиры и соединила их.
«Никогда бы не подумала, что это может пригодиться».
Взяв под руки Павла она потащила его вниз. Это было нелегко. Попутно она пыталась привести его в чувства и говорила:
– Паш, очнись!
Но тот никак не реагировал.
– Проклятие.
Она сбегала за аптечкой в ванной и достала всё, что было можно. Притащив её, девушка начала обрабатывать его раны. Ей самой повезло больше, взрыв её оглушил, но никаких серьёзных травм, кроме пары царапин и ушибов не было, хотя старая рана в плече и болела.
У неё была минутка тишины, т.к. она заперла люк и дым не проникал в квартиру, она умылась, собралась и занималась ранами Павла. Конечно, она немногое могла сделать в данной ситуации и с теми лекарствами, что имелись, да и он ещё не отошёл до конца от старых ран. Не говоря уже о горящей квартире над головой.
После обработки ран, она осторожно подошла к окну и выглянула из-за занавески. Никого не было видно, кроме собравшихся зевак, что начинали снимать на видео происходящее.