Зал тихо засмеялся.
– Она поет, играет и танцует, она актриса – героев всех мастей сыграть вам сможет. Она добра, характерна, игрива, мечтает о… квартире.
– Однушка? Двушка? Трешка?
– Ты о квартире или о груди, друг мой, сейчас спросил?
Все захохотали.
– А какой у нее взгляд!… Она покорила меня с первого взгляда! Я – простой автомеханик из-под Твери, взял винтовку и полез на баррикады ради неё, чтобы доказать, что достоин руки ее и ногтей!
Смех.
– А ты, поведай нам, – продолжало беседу знакомое лицо из-за столика. – Всем интересно, а какова она… эм… в ночи?
– Страстный рык ее сведет с ума любого, каждый раз чувствую себя мальчишкой, когда залезаю к ней в кровать.
– Не давайте петь девственникам о сексе!
Смешки со всех сторон.
– Она вампир, она тигрица, она вольная птица, она сильна, красива и стройна, я жизнь готов отдать за ее ногу, не говоря уже об остальном!
Смех.
– О, как я хочу сейчас обнять ее и страстно так поцеловать, как учат нас в геройских фильмах! А потом за задницу схватить и громко крикнуть: Чёрт с манерами, малыш! Сегодня я здесь господин! Я так давно тебя искал, сражался, кровью истекал…
– Она тоже!
Смех.
– Я поднялся на самый верх всех баррикад, повесил знамя с именем её, потом спустился, вновь поднялся, повесил знамя с сердцем, выжженным любовью к ней, и вновь спустился. И уже не поднимался!
– А чё так?
– Да к чёрту, задолбался!
Хохот.
– Я сатанею каждый раз, когда не встречаю ее в назначенных местах, назначенных часах, в назначенных тонах! Я так люблю её, что не пью, не курю, я Будде молюсь в католическом храме на каждый праздник Ивана Купала!
– Но ты же пьешь и куришь, как паровоз! – возмутились зрители.
– Так вот нет у меня ее! Я разбитый судьбой и дорогой придурок, что хочет любви и ласки зимой… – мой товарищ опустил руки, сделал грустное лицо стал кричать, крутя головой. – Где моя девочка, где моя Барабара? Нина? Кристина? Меломанка Даша? Или как там ее звали? Крошка, хэй! Хэй! Хэй! Кто-нибудь видел мою девочку? Она должна была быть здесь к полуночи, а я опоздал на час! Кто-нибудь видел мою девочку или проклятый час разделил нас? Где моя девочка, где она? Я не вижу ее…
Я не смеялся. Я знал, что, несмотря на дурачество, он звал определенного человека. Не знаю, отважится ли он когда-нибудь позвать её по имени. Вновь.
Все затихли. Он опустил голову. Поник плечами.
– Оооооо, – завыло одно из знакомых лиц и вскочило из-за стола. – Говоришь, она тигрица?
– Да, неукротима и сильна.
– Говоришь, она как птица?
– Легка, невесома, летит по небу моих наслаждений.
– Говоришь, что в постели… рычит?
– Есть и такие грехи за нами!
Смех.
– Говоришь, высока и стройна?
– Как строительный кран в лесу лилипутов!
– Говоришь, она может роль сыграть даже лучше тебя?
– Естественно, я ведь херовый актер!
Смех и аплодисменты.
– Дружище, ты опоздал на целый час, но славный Перун сказал своё слово: судьба благосклонна! Хэй, детка, тут пришёл твой любимый придурок, что бредит любовью к тебе!
– Дорогой, я здесь! – закричал Гумбольт с распростёртыми объятиями.
Мой товарищ застыл, смотря на «любимую» с щетиной и тучным телосложением.
– Да к чёрту! – сказал он и быстро побежал к выходу.
«Любимая» стремительно побежала следом, крича:
– Хэй! Дорогой, куда? Куда? Даруй любовь, о странник страстный!…
Весь бар хохочет до слез и аплодирует. Импровизированный спектакль удался. Через две минуты главным актерам бармен щедро нальет по бокалу холодненького. Гумбольт откажется.
Здесь было много интересных людей. Например, вон там сидел известный актер. Вы его знаете, в последнее время он уже не так часто появляется на экранах, как прежде. Если его спросить, что он здесь делает, то он ответит, смотря на вас глазами, полными безнадежности:
– Пью.
Тяжелый взгляд, сдавшийся человек. Больше вам не захочется с ним говорить. Рядом с ним и пиво горчит. За тот стол садились отчаявшиеся люди.
Еще в баре сидела влюбленная парочка творческих людей, которая вела себя, будто бы у них не было чувств. Какая ирония.
– Всё будет хорошо, у тебя всё получится. Тем более ты красивая девушка. Ты пройдешь вверх, не переживай. Но не дай себя продать. Пожалуйста.
Девушка с милым лицом и острым носиком улыбнулась:
– Не дам.
Они смотрели друг на друга так, что в их глазах отражались звезды их душ. Они были связаны между собой.
– У тебя всё получится. Ты отличный музыкант, я многому у тебя научилась. Не переживай, – добавила она.
– Да таких, как я, много, можно найти замену. Ладно, я постараюсь.
– Правда?
– Правда.
Сидел художник популярных комиксов и жаловался своему другу:
– Я задолбался делать раскадровки.
– А чё такое?
