Я хмыкнула, поражаясь коварству президента Брауна. Решил одним выстрелом убить двух зайцев? Из всего извлекал выгоду! И меня подставит, особенно когда за дело возьмутся контролирующие такие крупные операции органы, и астероид продаст подороже. Хотя он и выеденного яйца не стоит. И если с федеральными службами я ещё более-менее разберусь, не первый раз такие крупные сделки прокручивала, знала куда обращаться и кому платить, то с манаукцем сложнее. После того что между нами было, он мог с лёгкостью мною манипулировать. Конкретно подставить, если кто-то узнает, что мы с ним переспали. И ведь обвинять некого, сама вляпалась. Сама же захотела! Всё сама! Самой и распутывать этот клубок интриг!
— Хорошо работает ваша разведка, — не удержалась от едкого замечания.
Смотреть на Голдара было тяжело психологически. Злость на себя и него мешала здраво оценивать ситуацию. Я чувствовала, что скатываюсь в истерику, медленно, шаг за шагом после каждого его слова.
— Люблю подходить ответственно к любому вопросу. — Я замерла, напряжённо вглядываясь в ехидную ухмылку гостя. Что за намёки? — Предлагаю перейти к делу, — собранно закончил говорить манаукец, а я чуть не покраснела как школьница.
“К телу" — прошептали за Голдаром мои мысли, а я вздохнула поглубже. Это уже становилось смешно. Я думала, что одного раза мне хватит для того чтобы успокоиться и выйти из стресса, а вот оно как. Я сижу напротив объекта моей странной привязанности и думаю о чём угодно, но только не о деле и уж тем более не о том, как отшить гостя, отправить восвояси. Злюсь за обман, за то, что сразу не сказал кто он. Если бы я знала, то, возможно, никогда бы не опустилась до секса с ним, нашла бы с кем расслабиться. Нашла бы кого посговорчивее, не такого необузданного, не такого опасного и сомнительного.
Собраться с мыслями у меня не получалось. Вот никак. Хотелось поругаться, поговорить о личном. Подмывало устроить грандиозный скандал! А манаукец пил кофе и насмешливо мерил меня взглядом. Если бы за дверью в приёмной не ждала Оливия и кто-то из сопровождения Аранка, если бы мы по-настоящему остались одни, и на моих плечах не лежала ответственность за продажу куска камня. Если бы… если бы… Даже страшно подумать, чтобы я устроила ему.
— Почему не ушли как хотели? — вырвалось у меня.
Я сжала кулаки от смущения. Слишком порывисто кидаюсь вопросами, необдуманно, а слова обратно не воротишь, поэтому и поспешила немного исправиться:
— Я искренне благодарна вам за то, что вытащили из передряги, в которую я угодила.
Но почему не признались и не ушли? Точнее чёрт с ним с признанием, зачем не ушли сразу? — Не заметила даже как сорвалась на крик. Поэтому и закрыла рот, чуть не прикусив себе язык.
— Стыдно? — удивился манаукец, хищно подавшись вперёд, пугая своим угрожающим выражением лица, как тогда, на астероиде. Я чуть в него не запустила салфетницей от злости!
— Мне не стыдно! — чуть ли не по слогам ответила. — Просто вы ведь пришли ко мне не просто так. Считаете, что у вас есть козырь, которым вы можете оперировать? Попортить мне кровь шантажом, если не пойду на уступки?
— Неужели вы обо мне такого мнения? — зло и очень тихо спросил манаукец, а я подалась вперёд и воззрилась на него гневным взглядом.
— Не надо строить передо мной ущемлённое самолюбие. Я работаю с мужчинами не первый год и знаю на что вы способны. На кону большие деньги, а значит, идти по головам незазорно, так же как и шантажировать женщину грязной связью, недостойным поведением.
Я вздрогнула, когда манаукец резко ударил по столу.
— Я не опускаюсь до угроз женщинам, не принуждаю их к сексу! Они сами меня просят. Мило так просят, со слезами на глазах! И я не ушёл тогда сразу, желая быть уверенным, что вы в безопасности.
— Проверили? — усмехнулась я успокаиваясь. Что-то подобное я где-то слышала.
Манаукцы как-то по-особенному относились к женщинам.
Вот только я забыла, что они ещё и импульсивные, взрывные и очень опасные.
Поэтому и вздрогнула, испуганно опираясь руками 0 стол, когда Аранк резко выбросил в мою сторону руку и, ухватив за затылок, притянул меня к себе, подавшись вперёд. За секунду наши лица оказались так близко, что его дыхание обожгло губы. Я дар речи потеряла, испуганно воззрилась в перекошенное гневом бледное лицо манаукца.
— Приятно слышать, что секс со мной для вас грязная связь. И поверьте, вы меня так же испачкали ею, как и себя.
Болезненный поцелуй совсем выбил почву из-под ног. Я замычала, одной рукой попыталась оттолкнуть от себя манаукца. Всхлипнула от нахлынувших воспоминаний.
