Она исчезла из виду, и двое оставшихся полицейских отошли в сторону, позволив Торресу встать перед Ринн.
— Мистер Торрес, чем я могу вам помочь? — губы Ринн тронула теплая улыбка. — У меня бейсбольный матч, на который я не могу опоздать.
Торрес вздохнул.
— Ринн, я тебе доверял. Думал, моя дочь умнее в выборе подруг. Она знает?
— Знает что?
— Что ее лучшая подруга – гребаная преступница, — взревел Торрес, теряя контроль. — Я делил с тобой трапезу. Впустил в свой дом. А затем узнал, что ты именно тот человек, который хочет моей смерти.
Ринн подняла руки.
— Подождите. Я не хочу вашей смерти. Я пытаюсь защитить вас...
— Не лги мне, — Торрес кивнул одному из офицеров. — Сделай это. Убедись, что все выглядит законно.
Глава 22
Один из копов бросил на скамейку большой прозрачный пакет, наполненный белым порошком.
Я ринулся вперед, и офицер с каштановыми волосами, который нашел пакет с наркотиками, заметил меня первым. Он был близко, и поскольку он, технически, был офицером, я правда не хотел его убивать. Поэтому я врезался в него, и мы оба рухнули на пол. Торрес что-то кричал, но я не мог себе позволить отвлечься, когда коп потянулся за пистолетом, который я все еще держал.
Мы боролись, и я ударил его кулаком в ребра, заставив ослабить хватку на моем другом запястье. Оттолкнувшись от пола, я перекатился на него, прежде чем ударить в челюсть. Кто-то схватил меня за руки, оттащил от него и поволок прочь. Ринн выкрикнула мое имя, прежде чем раздался громкий глухой удар. Я размахивал кулаками и пинался, но их было, по меньшей мере, двое, и один из них вырвал у меня пистолет из рук, а другой ботинком ударил мне в грудь.
От нехватки воздуха у меня заболели легкие, когда я попытался сделать вдох. Грубые руки схватили меня, перевернули на живот и заломили руки за спину. Другая пара рук схватила меня за лодыжки, делая мои попытки сопротивляться бесполезными. Металл врезался в мои запястья, когда они застегнули на мне наручники, но я едва это почувствовал, поднимая голову, чтобы найти Ринн.
Она сидела на скамейке слева от меня, сцепив руки за спиной. Ее глаза встретились с моими, и тень паники промелькнула на ее лице, прежде чем она скрыла это. По обе стороны от нее стояли офицеры, и один из них положил руку ей на плечо, не давая встать. Торрес был на другом конце комнаты, его яростный взгляд был сосредоточен на Ринн. Меня поставили на колени, а затем к затылку прижали дуло пистолета.
Торрес перевел взгляд в мою сторону, и я сделал несколько коротких вдохов, подняв подбородок и уставившись на него. Он вытащил свой телефон из кармана пиджака, а затем нахмурился, посмотрев на полицейского, стоящего рядом с Ринн.
— Выключи глушилку, — приказал он.
Я сцепил зубы, понимая, почему мой телефон не работал. Они блокировали сигнал. Чтобы они здесь ни делали, это явно было незаконно.
— Я думал, вы человек закона, — грубо сказал я. — Что это, черт возьми, такое?
— Я пришел к выводу, что если хочу победить подонков в своем городе, то мне придется попробовать новые методы, — ответил Торрес. — Тем более, когда я узнаю, что угроза находится так близко к моей дочери
— Я знаю Алисию почти четыре года, — заговорила Ринн, ее голос не дрогнул. — Мы были лучшими подругами три года. Я понятия не имела, кто она, когда мы познакомились. Я забочусь о ней. И никогда бы не причинила ей боль.
— Я тебе не верю, — выплюнул Торрес. — И я позабочусь о том, чтобы ты отправилась туда, где точно никогда не сможешь причинить ей боль.
— Чего вы хотите? — она дернула плечом, сверля взглядом мужчину, который впился ей в кожу пальцами. — Мы можем договориться.
Я так сильно прикусил язык, что почувствовал вкус крови, пытаясь вырваться из наручников. Они были так туго затянуты, что я только сильнее раздирал себе запястья.
— Я хочу, чтобы вы все убрались из моего города, — прорычал он, шагнув к ней. — Я держал это место чистым от всего, чем вы занимаетесь. И я собираюсь сделать так, чтобы это не изменилось.
— Если вы знаете, с кем я, тогда должны понять, что это ошибка, — сказала Ринн, ерзая на скамейке. — Вы не хотите этого делать.
— Я здесь управляю тюрьмой, — пробормотал Торрес. — Люди там - мои самые доверенные лица. Это настоящая крепость. Тебя обвинят в наркоторговле. И ты будешь сидеть там так долго, как я решу.
— Вы пожалеете об этом, — прорычал я. — Если вы знаете, с кем она, тогда понимаете, что они отомстят.
