На меня начала нападать мать Вики. Она была хитрее отца, поэтому так обмануть её было сложнее. Тем временем, пока Ребекка отвлекала внимание на себя, отец успел подойти к моей девушке и грубо поднять её с пола. Вдруг произошло нечто, чего я не могу объяснить: отца припечатывает к двери (а это противоположная сторона от той, где находилась Вики). Сатану отбросило словно половую тряпку. Мы с Ребеккой даже перестали драться и уставились истуканами на девушку. Её коленки дрожали, а рука была вытянута вперёд. Затем та резко опустилась и мой отец вместе с ней. Я отчётливо услышал хруст его костей. Вики из последних сил повела рукой в сторону и истошно вопящего от боли Дьявола швырнуло в угол, где валялся Дино. Сказать, что мы с Ребеккой охренели ничего не сказать. Девушка с рыком выдернула крылья моего отца и рывком откинула Ребекке под ноги. Женщина не упустила момент моего замешательства, заставив меня завопить от боли. Именно по этому звуку я понял, что принадлежу к семейству кошачьих в этой ипостаси.
— Люцифер! — заорала Вики хриплым голосом.
Я не мог пошевелиться, каждая мышца ныла и я скрутился в комок. Девушка плакала, её мать набрала в какой-то сосуд моей крови и двинулась на дочь угрожительно сверкая осколком.
Вдруг дверь отворилась и в помещение вломились Левиафан и моя мама. Они тяжело дышали.
— Не смей её трогать! — крикнул Демон, отдергивая ошарашенного Серафима от внучки. Ребекка выронила осколок, и тот отлетел в неизвестном направлении.
— Вот вам и семейная встреча! — прошептала мама, восстанавливая дыхание. — Ну, или почти, — кивнула в сторону угла, где лежала туша Ангела. — Здравствуй, Ребекка.
— Кто вы? Тебя я знаю, — она кивнула в сторону Левиафана, прячущего за спиной внучку. — Ты кто такая?
— Мать этого прекрасного Демона, — показала ладонью на меня и погладила по мягкой шерсти: паралич отпустил и я смог принять привычную личину.
— Спасибо, мам, — прошептал я, уползая до стены, она кивнула.
— Каин, выходи, подлый чёрт и мерзкий трус! В глаза хоть мне посмотри!
И он вышел, шатаясь, держась за бок. Но вышел. Выражение его лица в этот момент было таким опустошенным, он словно не понимал где находился.
— Аврора? — он смотрел на неё, словно она была самим Шепфа. — Ты жива!
— Тебе назло, как видишь, — мама подошла к нему вплотную и влепила жёсткую пощёчину. Её звук застрял звоном в моих ушах. — Сейчас ты оставишь детей в покое и уйдёшь со мной. Я ясно излагаю?
— Если ты думаешь, что имеешь надо мной хотя бы капельку власти, то ты ошибаешься! — резкое движение и мама падает на колени держась за грудь. Из спины торчит осколок.
— Мама!
— Госпожа!
Орали мы с Левиафаном, срывая голос. Женщина хрипло рассмеялась и закашлялась кровью. Золотые крылья подрагивали от её смеха, отец с гримасой невыносимой боли смотрел на неё. Впервые я увидел в уголках его глаз слёзы.
— Чего ты плачешь, милый? — она смотрела на него с вызовом. — Я же не имею над тобой власти! — она дрожала всем телом. Меня тоже начало трусить. Я хотел было подбежать к ним, но Ребекка придержала меня за плечо. — Люцифер, береги свою дочурку, — некоторые её слова терялись в бульканье крови в её горле. — Она у вас славной будет… А ты, К-каин, — она сплюнула излишки крови на пол, — передавай привет моему братику, — плевок кровью отцу в лицо и мама обмякла. Я смотрел на эту картину с открытым от шока ртом. Меня трясло крупной дрожью.
За дверью было слышно возню, я отчётливо слышал чьи-то шаги. Словно военные. Будучи сосредоточенным на трупе матери и шагах снаружи, я не заметил, как меня поднял за шкирку отец. Приставив окровавленный осколок к моему животу, он прошипел:
— Ребёнок? Как ты сумел так вляпаться?
— Есть с кого пример брать, — плевок ему в лицо и… осколок мягко заходит в мою брюшную полость, я слышу вопль Вики и то как совсем рядом кто-то вышибает дверь с петель. На моих губах насмешка над отцом, которого оттаскивают от моего тела Цитадельные вояки. Я не чувствую боли — то ли из-за шока, то ли из-за всепоглощающей злости на отца — мои рецепторы отказываются сигнализировать мозгу о болевых ощущениях. Уши заложило, я ничего не слышу кроме её криков и ничего не вижу кроме её плывущего перед глазами лица.
— Люцифер! Твою мать, ты не посмеешь! — моя немеющая деревянная рука смогла почувствовать вцепившуюся в запястье ладонь. — Ты просто не имеешь права сдохнуть! Нет! — она зажимала рану руками.
Этот истошный вопль сдавливал сердце со всех сторон. Она принялась дубасить меня по щекам со всей дури, когда увидела, что мои глаза закрываются. Я не контролировал своё тело.
— Будь ты проклят, если сейчас закроешь глаза, придурок! — её рыдания застряли комом в моём горле. Я хотел что-то сказать, но звуки упорно не хотели срываться с моих губ, а мне было что сказать! Вместо этого, словно рыба ловил воздух ртом. — Пожалуйста, не закрывай глаза, я тебя умоляю! Люцифер, не оставляй меня одну, прошу! Я не знаю как мне… — она упала лицом мне в грудь, — Как нам жить без тебя? Прошу, — шёпот из-за сорванного голоса, — борись, мать твою! Нетнетнет! Не умирай!
