– У нас на телефоне стоит определитель номера. Я пыталась ей перезвонить перед тем, как поехать сюда, и увидела ее телефон в списке звонивших абонентов. – Тон у женщины не был воинственным. Чувствовалось, что она старается сохранять самообладание.
– Где находился Стивен, когда вы приехали сюда?
– Должен был находиться на работе. – Сару поразило, как она произнесла это «должен был».
– Но его на работе не было?
– Констанция сказала, – помолчав, отвечала Шелли, – что долго не могла до него дозвониться. – Потом, словно сообразив, что Сара может превратно истолковать ее слова, добавила: – Она никогда не может его найти, когда он ей нужен.
– Что вы можете сказать о Стивене?
Какое-то странное выражение промелькнуло на лице женщины.
– Я стараюсь не совать нос в чужие дела. – Она вытащила из раковины стакан с вином и поднесла ко рту. Отпив большой глоток, поморщилась и вылила остатки. – Мой муж Питер со Стивеном не дружен, но Эстер с Констанцией постоянно торчат у нас дома. Мои дети любят Эстер. А она любит их.
– Где ваш муж находился сегодня после обеда?
– Питер? Он был дома, с детьми, пока я ездила за внуком.
Сара в своем блокноте быстро начертила треугольник рядом с этой записью.
Шелли выпрямилась во весь рост, будто готовилась дать бой.
– У вас ко мне все? Можно я теперь пойду к ней? Сейчас нельзя оставлять ее одну.
– Дайте, пожалуйста, телефон Кайли.
Сара по опыту знала, что в первую очередь нужно тщательно проверять алиби тех, кто наиболее тесно связан с пропавшим человеком.
– У Кайли дома нет телефона. Мы сейчас пытаемся его установить. Я могу дать вам ее адрес.
Сара кивнула. Шелли Томпсон продиктовала ей адрес дочери, потом еще раз повторила, чтобы Сара проверила, правильно ли записала, и прошла мимо нее в коридор.
Покинув дом Бьянки, Сара и Смити поехали к месту сбора поисковой группы. За ними на своем юте следовал Стивен Бьянки. Сара убеждала родителей Эстер не принимать участия в поисках по ряду причин, в том числе и потому, что они могли обнаружить труп. Но Стивен даже слышать ничего не желал.
Солнце еще не закатилось за горизонт, и Сара различала дома, затаившиеся в преддверии опускающейся ночи: в окнах ни огонька, никакого движения. Они доехали до широкой улицы с длинным газоном посередине, на котором через равные промежутки высились деревья. Витрины старых магазинов, в основном пустые, не так давно освежили, покрасив в традиционные цвета Австралии.
– Если б я увидел их вдвоем в магазине у одних и тех же полок, никогда бы не подумал, что это муж и жена, – произнес Смити. В машине он всегда о чем-нибудь заводил разговор или возобновлял какой-то прежний, развивая тему, которую не до конца обсудили, словно был уверен, что Сара поймет его с полуслова. Она предположила, что Смити ведет речь о Стивене и его жене. – Он симпатичный малый, – продолжал констебль. – Правда, на мой взгляд, немного туповат.
– Что ты имеешь в виду?
– Ну, либо туповат, либо хитрит.
Во время беседы с полицейским Стивен Бьянки в спецовке расхаживал по комнате, следя за тем, чтобы от людей, которые отвечали за поиски его дочери, его отгораживала мебель. Он служил в городском совете и, по его словам, с полудня до вечера в составе бригады проводил ремонтные работы на одной из близлежащих дорог. Смити уже позвонил Маку и попросил проверить его алиби. Констанция Бьянки покинула врачебный кабинет, где она работала, в половине третьего, но в следующие полчаса, до трех, когда она начала искать дочь и обзванивать всех знакомых, ее никто не видел.
Сара глянула через плечо. Стивен на своем юте ехал за ними почти вплотную, едва не задевая бампер их автомобиля.
– Как бы взять у него образец ДНК?
– Да без проблем, – ответил Смити. – Я о другом думаю. Наверно, надо бы организовать, чтобы криминалисты осмотрели машины обоих родителей.
– Сначала можно спросить, не согласятся ли они на осмотр их машин без надлежащей санкции, – ответила Сара. Как она сама об этом не подумала?
– Наверно, это следовало сделать в первую очередь, да? – Смити поднял глаза к зеркалу заднего обзора, но не увидел в нем ничего, кроме слепящих фар машины Стивена Бьянки.
– Хм-м… – Констебль прав, признала Сара. Ей надо сосредоточиться. «Ты знаешь, как это делать, Майклс, – так делай», – гудела в голове мысль, словно старые электропровода.
Конечно, желательно бы привлечь к поискам чуть больше сотрудников полиции, но в штате пропали еще две девочки – двойняшки. Происшествие, получившее широкую огласку. Даже Сара об этом знала, хотя криминальную хронику по возможности старалась не читать и не слушать, игнорировала даже статьи и репортажи, освещавшие дела, которые вела сама. Страшно было сознавать, что результат поисков во многом зависел от совокупности сложившихся обстоятельств. Это как в больнице: наплыв пациентов в отделении неотложной помощи обусловливал качество ухода и лечения. Чистая арифметика, нехватка ресурсов. А в обществе уже пошли разговоры о том, что исчезновения двойняшек и Эстер Бьянки связаны между собой. Сара считала, что это маловероятно, но все равно эту мысль занесла в блокнот.
