Для его исполнения им нужна было машина, но найти подходящую оказалось не просто. Одни были заняты мумиями беглецов от Пыления, в других сели аккумуляторы, так как автомобили стояли с включенными приемниками или с зажжёнными фарами, у третьих были спущены шины, четвертые — слишком броские и так далее. Наконец они нашли то, что нужно: подержанный внедорожник Субару подходил им как нельзя лучше. Правда за рулём в автомобиле был водитель, зато пассажиров там не оказалось. Сначала Тарас убедился, что джип заводится. Шины тоже были более-менее в порядке, и они с Ярославом решили, что остановят свой выбор на этой машине.
Большого труда стоило вынуть из-за руля окостеневшее и присохшее к сидению тело водителя. При жизни это был крупный мужчина, он умер, положив руки на руль и склонив на них голову. Тело, мумифицированное Грибницей, обрело твёрдость и прочность дерева. Конечности не гнулись, пальцы намертво приросли к рулю. Промучившись с ним минут десять, Ярослав пришёл к выводу, что вынуть его целиком не удастся — придётся извлекать тело водителя по частям. От такой перспективы Ярослава замутило, но уже смеркалось и времени искать другую машину не было. Ярослав обречённо вздохнул и пошёл к Пежо за инструментами. Благо, он предвидел такой вариант и прихватил с собой изогнутую садовую пилку.
Вскоре салон автомобиля наполнился запахом горелых костей — так пахла сухая плоть, разогреваемая трущимся об неё ножовочным полотном. Отделённые части тела водителя Тарас относил в ближайшие кусты. Он весь позеленел от этой работы, да и Ярославу тоже было не по себе, но он мужественно продолжал пилить. Две ноги, две руки, пальцы пришлось по одному откусывать бокорезами и отдирать от руля — они присохли к нему. Оставшуюся колоду туловища они вынули неожиданно легко — вместе с массажным ковриком. Оставалось выкинуть из машины пожитки прежнего владельца, да ещё Тарас смахнул с водительского сидения мясокостную муку, оставшуюся после расчленения тела ножовкой.
К двум часам ночи они уже расчистили от мебельных завалов виварий и смогли отдохнуть до утра. Обмен прошёл, как по маслу, только в конце, когда они уже несли бессознательного Данила по тёмным коридорам подземного этажа, позади них затарахтел автомат, потом раздался какой-то грохот и крики. Ярослав догадался, что похитители всё-таки решили разделаться с ними и обстреляли пустой Пежо.
Ярославу было жаль отцовскую машину, он надеялся, что попозже вернётся за ней, но по звукам понял, что забирать будет нечего. Ну что ж, автомобиль и так послужил ему на славу. Сколько они вместе пережили! Сначала были поездки семьёй на курорты, охоты с батей. Потом, когда родители умерли, на верном Пежо Ярослав перевёз их к месту упокоения, а дальше автомобиль неутомимо таскал домой припасы, гружёный иногда сверх всякой меры. Славная была машинка! А теперь прикрыла их уход и своё отслужила. «Спасибо тебе Белобокий» — попрощался с ним Ярослав.
Они выскочили из вивария и, запрыгнув в Субару, помчались прочь из города. Их никто не заметил и не преследовал. Вёл машину Тарас, а Ярослав держал на коленях Данила. Пульс у мальчика был слабый, но ровный, кроме синяка у него на виске Ярослав не обнаружил больше никаких телесных повреждений, однако Данил до сих пор не пришёл в себя. «Это не похоже на обморок, — размышлял Ярослав. — Разве бывают такие продолжительные обмороки? Это уже больше похоже на кому».
А Данил в тот момент был не в обмороке и не в коме. Он зажил другой жизнью, превратившись в безмерно огромное многоликое существо. Он даже не мог удивиться своему внезапному перевоплощению, потому что теперь ему были не свойственны человеческие эмоции. Он просто был, существовал — вот и всё. Он не осознавал странность своего положения, как не осознавал своего «Я» и не мог мыслить и анализировать свое мировосприятие. Он просто наблюдал за становлением равновесия, и это могло длиться бесконечно. И не то, чтобы этот процесс сильно захватывал его, просто в нём был весь смысл его теперешней жизни. Если бы на месте Данила оказалась Ольга, и если б она не потеряла способности рассуждать, то решила бы, что соединилась с Богом. Только ей не понравился бы такой равнодушный Господь.
— Положите его на землю, — распорядилась Арина, когда парни вернулись в ДомНадРекой. — Очнулась Ира. Она говорит, что Данила нужно положить на землю, лучше всего под деревом. Тогда он быстрее придёт в себя.
— Что за бред? — изумился Ярослав. — Он уже сутки в коме. Его нужно согреть в постели и напоить.
— Мы опробовали это со Спайком — ему помогло, — сказала Арина.
— Спайк очнулся? — Ярослав просиял. — Как он?
— Очень слаб, но он очнулся всего через несколько минут, после того как мы уложили его на землю.
— А откуда Ира знает, что следует делать? — спросил Тарас. — Ей приснился один из этих снов?
Арина кивнула.
— Давайте попробуем, — Тарас повернулся к Ярославу, который стоял у дверей в дом, держа на руках бесчувственного Данила: войти их не пускала Арина.
