- Знаю, если бы мы тут на бабки играли, можно было бы хорошо его жизнь продать. И Гриф бы заплатил... И люди "Корня" его бы выкупили, чтобы самим казнить. А уж сам Тофик отдал бы пару лимонов баксов, лишь бы уйти сегодня живым отсюда. И поклялся бы, что завтра его в России не будет, и бабки привезли бы сегодня к вечеру, и не фальшивые, которые он сбрасывает время от времени в свои обменные пункты - классные подделки, ни разу не попал даже под подозрение... Но... Не в деньгах счастье, Серега, точнее - не только в них.
- Последние секунды догуливает Тофик? - спросил Серега.
- Последние. Но поглядим, может, захочет поторговаться? Он ведь считает, что эту засаду ему устроили люди Корня.
- А почему взорвались машины самого Корня?
- А этого Тофик еще не понял. Он сейчас мозгами шевелит. От того, как быстро он догадается, что тут произошло, его жизнь зависит.
- Прекратить стрельбу, - крикнул Корень.
Это он для понту. Вокруг, истекая кровью, умирали его подельники, его сокамерники, его соратники, пехотинцы его бригады. Они так и не поняли перед смертью, что произошло. И сейчас с болью и удивлением смотрели на оставшегося в живых пахана, "руководившего" боем.
Тофик был легко ранен в плечо и, зажимая рану рукой, морщился от боли. Но на черном кашемировом пальто кровь не видна.
- Туфтует, - усмехнулся Князь, наблюдая, как Тофик поднимается с залитого кровью его товарищей снега.
- Почему ты так думаешь? - спросил Серега.
- А ты глянь, - сказал Князь, протянув ему бинокль.
В бинокль было хорошо видно, что Тофик вовсе не зажимает рану в плече, а держит под пальто у левого плеча в правой руке "беретту".
- "Беретта", - кивнул Князь.
- Как узнал? Ствол же не виден.
- А рукоятка мелькнула.
Встал и Корень, еще раз оглядев поле битвы и убедившись, что, кроме Тофика, в живых никого не осталось.
- Не стрелять! - тем не менее еще раз грозно крикнул он.
Чтобы убедить противника, что у него нет оружия, Корень поднял руки вверх.
- Тоже туфтует, - удовлетворенно констатировал Князь и вновь протянул Сереге бинокль. - Посмотри.
- Точно. У него РГ-42 в кулаке зажата. Вот гусь хитрый. Кто из них нам нужен, командир?
- Корень. У него на Грифа есть выходы.
- Тогда надо вырубать Тофика, - рассудил Сергей.
- Юра, ты далеко? - спросил в рацию Князь.
- На связи, командир, - откликнулся Юра Котов.
- Боюсь, тот, что руку с золотым перстнем над головой держит, нам больше в игре не понадобится.
- Мне отдаешь?
- Да.
- Жалеешь перстень, а то бы отдал Толику Грановскому?
- Нет, просто он уже слишком близко к объекту подошел. Поспеши, а то он может шкурку объекту попортить.
Глазом полет спецназовских дротиков увидеть невозможно.
Две молнии скользнули из леса в сторону идущего к Корню Тофика Бакинского и попали в цель. Тофик взмахнул рукой и упал, не дойдя до противника метров десять. Не сразу поняв, в чем дело, Корень встал как вкопанный, пытаясь сообразить, что за подлянку придумал хитрый азер.
Картинку срисовал он за мгновение до смерти. Это его и спасло. Поняв, что будет через пару секунд, он рухнул на снег, прикрывшись телами "валета" и "шестерки" из своей бригады, предусмотрительно упавшими без признаков жизни в кювет возле его ног несколько минут назад.
- Молодец, - усмехнулся Князь. - Мы дали ему шанс, и он им грамотно воспользовался.
- Делов то, - буркнул Серега.
- Да ты что, сынок? Это большое дело - грамотно упасть. Вовремя и в нужном месте. Это, считай, половина успеха.
- А вторая половина?
- Вторая половина - вовремя встать.
- И в другом месте? - хохотнул Серга. - А что ты думаешь? Ты погляди, погляди, что он делает. Ползет по кювету в сторону. Понял кент, что место плохое. Простреливаемое. И ползет.
- Ты вот что, постреляй у него над головой из "Калашникова". А я пока спущусь вниз, - сказал Князь и объявил по рации: - Внимание, группа! Прекратить стрельбу по объекту! Прикрытие! Ваня Волгин, снимай свой трайлер, перекрой дорогу гаишной рогаткой со стороны Окружной. Случайным зевакам тут делать нечего. Понял меня?
- Понял, командир.
- Выдвигайся из леса и перекрывай дорогу к нам. После чего заберешь пушкинскую зенитку и, как договорились, встанешь "на прикол" на автостоянке у авторынка на Одинцовской.
- Я поехал, командир.
- Юра Котов, ты все сделал правильно, молодец. Сейчас перекроешь гаишной заглушкой дорогу со стороны Одинцовской. Вначале, конечно, дашь Волгину проехать. И уходи с ним. Я с вами свяжусь позднее.
- Понял, командир. Есть уйти с Волгиным.
- Мишин и Грановский уходят на своих машинах по окружной.
- Ясно, командир.
- Со мной остаются Игорь Вольнов и Серега Пушкин: мы уходим на Сережиной "вертушке" на Тушино.
- Ясно, командир.
- Вопросы есть?
- Так операция еще ж не закончена, командир. Может, подстраховать? спросил Юра Котов.
- Обижаешь, лейтенант. Я бы и сам справился, но как раз для страховки оставляю двоих. Выше крыши хватит, я полагаю. Всем спасибо. Все свободны. Встреча в ресторане Домжура завтра в 19.00. Приходить по одному.
