Процесс просматривания и заказа занял полчаса, не меньше. Я заказал баранину по-пекински, картофель по-пекински, салат цезарь с креветками, мидии с чесночным соусом, какой-то суп с кокосовым молоком (чисто захотелось попробовать, скорее всего дрянь какая-нибудь), булочки, рыбное ассорти, какие-то фрукты в карамелевом соусе, запеченные в сдобном тесте, и еще несколько вкусных штучек, понравившихся мне видом и названием. Заказал и триста граммов виски — не возбраняется после ночной беготни, для сугреву, так сказать. Имею право. Я же скакал по сугробам, рисковал своей задницей на работе — что такое триста граммов виски для олигарха? Тратим-то его деньги. Ну и попить взял — соков каких-то. Обещали доставить через час. Долго, но что поделать? Впрочем, все равно раньше не получится — пока Василиска отмокнет, пока я слегка отмоюсь. Кстати, она там не уснула?
— Эй, ты там живая?
— Не «эй», а Василиса Владиславовна! — откликнулся мой объект охраны. — Ты чего сбежал? Охраняешь — вот и иди охраняй мое тело! Вдруг оно куда-нибудь денется. Например, утянут меня в канализацию. Вась, мне тоскливо одной, иди хоть посиди рядом со мной!
Я вздохнул и пошел на это аутодафе, догадываясь, что дальше будет. Василиса лежала в ванной, вернее, сидела, выставив из воды голую грудь, и лукаво смотрела на меня:
— Иди, присядь сюда, — она похлопала на край ванной. — Давай с тобой обсудим наши дальнейшие действия. Я до этого так замерзла, что плохо соображала. Теперь согрелась и могу как следует поразмыслить.
Девушка и вправду выглядела поздоровее, чем час назад, — губы розовые, глаза сияют, груди торчат… тьфу! Да что у меня глаза все время соскальзывают куда не надо!
Я осторожно присел на край ванной и спросил:
— Так что тебя интересует?
— Вась, я что предлагаю… а давай мы завтра свяжемся с нашими, а? Так хорошо… мы вдвоем, никого нет, никто не стоит над душой и не мешает… давай завтра, а?
— Чему не мешает? — хмуро ответил я. — Я не буду с тобой заниматься сексом! Это однозначно. Так что и не думай даже. Что касается связаться завтра — это мы подумаем. Вот поужинаем и подумаем. Только вылезай быстрее — скоро доставка из кафе прибудет, а мне еще надо слегка поплескаться. Ты нагрелась? Дай и я тоже полежу.
— Эх ты… — вздохнула Василиса. — Неромантичный ты какой. Дай руку, что ли, кавалер! Помоги встать! — она протянула руку, и я, болван взялся за нее левой рукой. Тут же резкий рывок — и я, как жаба, плюхаюсь в ванну, расплескивая брызги теплой воды. Гладкие руки обхватили меня за шею, гладкие бедра за пояс, и вот я лежу по горло в воде, отплевываясь и стирая с лица струйки теплой жидкости.
— И не стыдно? Коварная, низкая, грязная девица!
— И не такая уж и низкая — сто шестьдесят сантиметров! И насчет грязи — кое-кто погрязнее будет! Я-то уже отмылась! А насчет коварства — а что нам, девушкам, делать, если некие мужланы не спешат охватить их вниманием? Предложила же — полезай, полежи со мной! Нет — он состроил рожу и свалил! Все равно будет по-моему, так и знай! Я всегда добиваюсь своего! Снимай рубашку! И штаны! И… в общем — все снимай, не будь дураком.
С полчаса мы лежали в ванне и наслаждались теплом и покоем… Василиса обнимала меня сзади, гладила по голове, груди… я лежал между ее раздвинутых ног и чувствовал спиной гладкое, упругое тело… так бы лежал и лежал, лежал и лежал. Давно мне не было так хорошо, честное слово. Если когда-нибудь вообще было так хорошо. Наверное, я был в тот момент счастлив.
Из нирваны меня вырвал стук в дверь. Я вскочил, забыв, что нахожусь в первозданном виде, слегка покраснел, выбежал из ванной и, сорвав с кровати покрывало, замотался в него, как римлянин в тогу. Затем взял сумочку Василисы, и только потом, сообразив, спросил:
— Кто там?
— Доставка из «Китайской кухни», — послышался молодой голос.
— Духи, ко мне! — скомандовал я, и тут же возле меня появились десяток скорбных фигур. — Проверьте, он там один, или их несколько?
— Один, хозяин! — отозвались духи. — Больше никого нет.
— Свободны.
Я открыл дверь. Передо мной стоял высокий парень с приятным улыбающимся лицом:
— Вы заказывали еду с телефона госпожи Гриньковой?
— Да, — улыбнулся я, тут же получил великолепный маваши-гири в голову и полетел в угол в полубессознательном состоянии. Парень подошел ко мне, наклонился и спросил, так же ласково и весело улыбаясь:
— Сучонок, где она? Где Василиса?
— Ты кто? — бестолково спросил я и получил удар в глаз. Опять в тот же, что раньше был украшен фингалом. О многострадальный глаз! Из него тут же посыпалась туча искр, а сознание мое помутилось.
— Где она? — Парень достал из-под мышки странный пистолет с очень длинным дулом и приставил к моей голове. — Считаю до двух! («Почему до двух?» — мелькнула в голове несвоевременная мысль.) Раз!