— Прости, Хитоми, но я люблю тех женщин, что умеют вкусно готовить, а не трескающих сласти без остановки…
— Ах ты паршивец!..
В следующую секунду Ишигами начала насильно запихивать пирожные мне в рот, озорно хохоча и приговаривая что-то о том, что ещё одна шутка про сладости с весом и я могу смело заказывать себе гробик…
Ещё пару минут мы дурачились, пока я бегал вокруг стола от горгоны, пытающейся насильно накормить меня всеми запасами сладкого, которых тут оказалось немало запрятано, попутно приговаривая «жирная» … дурак и это не лечится!
— Всё, прости! — я поднял белый фла… салфетку в знак примирения. — Кушай сколько влезет — ты всегда хороша и желанна.
— То-то же! — гордо сказала Ишигами, тут же заедая стресс сладким. — Ну ничего-ничего, останусь старой девой, попутно упуская такого завидного жениха, зато буду вкусно кушать. И кушать сладкое! Маф…
И демонстративно зажевала какую-то булочку.
— Кстати, о ваших «девах» и той истории из прошлого, — я вернулся к ранее поднятой теме. — Выходит, тот парнишка-хамелеон смог увидеть тебя в неглиже?
Ротик Хитоми остановился, показывая, что я задал ей неудобный вопрос. Она глянула на меня с некоторым удивлением, но вскоре её взгляд медленно заскользил по комнате, пока её челюсти снова начали работать. Мыслительный процесс пошёл и теперь она наверняка думает, а стоит ли мне рассказывать что-то ещё из своего прошлого.
Она с полминуты держала напряжённую тишину, видимо взвешивая все за и против и решилась в тот момент, как только добила булочку и тяжело выдохнула.
— Да… он смог… добиться своего… бр-р-р-р… противный же урод оказался! — Хитоми немного поёжилась. — Мало того, что подглядывал, так ещё и в наглую фотографировал. Со вспышкой! Представляешь?! Повезло ещё, что в первый раз он поймал меня со спины и ничего постыдного кроме ягодиц не застал. Однако ублюдок не сдался и во второй раз ему удалось свершить задуманное, вот только невидимка не выучил урок, снова фотографировал со вспышкой и поплатился за это разбитым носом, потерей пальца и изничтоженным в пыль фотоаппаратом!
Не плохо она его отмудохала…
— А палец-то за что?
— Само вышло… — Хитоми стыдливо опустила глазки в пол. — Я тогда немного психанула…
Нихрена себе психанула! Я даже могу представить ситуацию, где извращенец сделал удачную фотографию, был пойман с поличным и, буквально, в последний момент одна из змей Ишигами укусила того за перст, пока извращенец пытался свалить, но палец окаменел и разломался, благодаря чему студент навернулся вниз и разбил фотоаппарат… возможно даже носом. Но это не точно.
— И чем всё кончилось?
— А выкрутился он! — недовольно пробулькала учительница из своей чашки. — Этот хрен же у нас в фотокружке состоял и до кучи был активистом, успевшим заработать за собой неплохую репутацию! И что думаешь? Эта ящерица обернула всё так, что пострадал глава клуба фотографов, которому это пресмыкающееся подкинуло свои «неудачные» фотографии в шкафчик и попрятало весь свой «брак» по самому кружку, при этом полностью выйдя сухим из воды, ни капли не запачкав своё «чистое» имя. Сучёныш мелкий… терпеть таких не могу!
— А как же ты? — уточнил у неё, присаживаясь к столу и продолжая допивать свой чай. — Ты же спалила его! Почему не получилось вывести на чистую воду?
— А кому, по-твоему, поверят больше? — Хитоми выгнула бровку с видом «ты сейчас серьёзно?». — Обычной студентке-горгоне, чья раса и так имеет дурную репутацию, да и я к тому же в прошлом была не особо общительной с коллективом… или они поверят душе компании — парню, постоянно проводящему время в коллективе, помогающему и участвующему в различных мероприятиях?..
— Понял-принял-осознал… — мрачным тоном произнёс в ответ.
Вот только слушаю её историю и от души радуюсь. Какое отличное совпадение. Нет! Целая куча удачных совпадений! Нужно сказать спасибо тому хамелеону, ибо сейчас по стопам этого пресмыкающегося идёт один любитель сказать: «Ауф!». Хитоми с радость поможет приструнить Гина, в какой-то мере отомстив тому типчику из прошлого.
Я мысленно потёр ручки…
— Слушай, Ишигами, а не хочешь помочь мне приструнить подобного извращенца?
— С превеликим удовольствием, мой мальчик! — Ишигами томно прошептала эти слова, пока её глаза заговорщически блеснули.
— На счёт «мой мальчик» … можно как-то перестать называть меня таким прозвищем?
— А что тебя не устраивает? — несколько удивилась та.
И тут я с видом «серьёзно, блядь?!» встал из-за стола, поманил женщину к себе и как только Хитоми подошла ко мне вплотную, резко открыл дверь учительской и показал пальцем наружу. Там было на что взглянуть, а именно на выстроившихся в ряд девушек, которые панически отрывали откуда-то взявшиеся гранёные стаканы от стены, судорожно пряча их за спины.
— Здрасьте, учитель Ишигами, Аоно-кун…
— И я вас категорически приветствую! — специально придал тону голосок заправского маньяка. — Не хотите ли «побаловаться плюшками» вместе с нами?
