Хунн остановил повозку и занял очередь за другими экипажами, которые часовые дотошно проверяли. Он кое-как слез с облучка, огляделся, убедился, что солдаты увлечены проверкой повозок с зерном, сеном, зеленью, дичью и свиньями, и притворился, будто подтягивает веревки, удерживающие бочки.
— Сидите тихо, даже не дышите, мы у ворот, — прошептал Хунн.
К нему направился коренастый сержант с красным и угрюмым лицом, в сопровождении двух солдат. Хунн пошел навстречу, усиленно припадая на увечную ногу.
— Да это же калека Хунн! Тебя что, барон послал утолить вином нашу жажду? — язвительно спросил сержант, снял шлем и провел рукавом по покрывшемуся потом лбу.
Гримпоу, Вейнель и Сальетти затаили дыхание, услышав хриплый голос стражника, и зажмурились — так, на всякий случай.
— В нынешние времена у барона де Вокко есть дела поважнее, чем утолять вашу жажду моим вином, старый плут, — отозвался Хунн, радуясь своей удаче: ведь этот сержант частенько заходил к нему в таверну.
— Ладно, давай показывай, что внутри, и скажи, кому везешь столь ценный груз, — сказал сержант, подходя к повозке.
— Я везу шесть бочек отличнейшего вина одному торговцу тканями, в соседний Изброден, а если ты откроешь бочки, я потеряю товар. Они запечатаны, чтобы божественный напиток не пролился, не приведи Господь. — Хунн усмехнулся. — А коли не терпится попробовать, можешь взять бурдюк, который я прихватил, чтобы по возвращении отметить удачную сделку, порадовав собственную глотку. — И он стянул полотно с повозки и предъявил шесть бочек и два бурдюка вина.
Сержант почесал голову, будто в нерешительности.
— Посмотрим, не врет ли нам этот хитрый калека, любитель надувать пьяных воинов, — сказал наконец сержант и подал знак солдатам.
Один из них отдал свое копье товарищу, взял бурдюк, развязал и сделал хороший глоток.
— Вкусно, — просто сказал солдат и передал бурдюк сержанту.
Тот поднял бурдюк и пригубил. Затем вытер рот рукой, не оставив на усах ни капли, и сказал:
— Подарок мы оставим себе, а ты проваливай, покуда я не забрал и бочки.
Сидевшие в бочках с облегчением вздохнули.
Хунн забрался на облучок, и, собираясь стегнуть лошадей, спросил сержанта:
— Что стряслось-то? Отчего такая суматоха?
— Ищут троих беглецов, сбежавших из крепости барона де Вокко после того, как кто-то его ранил. Говорят, один из них — рыцарь, победивший в весеннем турнире замков Эльзаса, а сопровождавшая его дама — колдунья.
— И ты этому веришь? — фыркнул Хунн.
— Я верю только тому, что видят мои глаза, а когда я пьян, то и им тоже, — расхохотался сержант, и его смех внутри бочек прозвучал раскатами бури.
Хунн погнал лошадей и вскоре пересек последний мост, оставляя Страсбург позади.
Они ехали по дороге на север. Удалившись на достаточное расстояние от моста. Хунн остановил повозку рядом с высокими зарослями, слез с облучка и поспешил снять полотно с бочек. Затем снял крышку с первой бочки, а тот, кто сидел внутри, помогал ему, толкая вверх.
Это оказалась Вейнель, которая высунула встрепанную головку на свет и выбралась из бочки с помощью Хунна.
— Я думала, что навсегда там останусь! — воскликнула она, жадно глотая воздух.
— Помогите мне снять крышки с других бочек, — попросил Хунн.
Сальетти и Гримпоу выпрыгнули наружу, словно лисята, впервые выбравшиеся из норы. Они забрали коней из повозки, оставив только лошадь Хунна, и поблагодарили того за все, что он для них сделал. Перед тем как расстаться, Сальетти вытащил из кожаного мешочка толику золота и отдал Хунну.
— Возможно, тебе придется на время покинуть Страсбург. Это поможет переждать, пока не убедишься, что инквизитор Гостель больше не хочет зажарить тебя на решетке, как барашка.
— Ты же знаешь, я не ради золота вам помогаю. Вы с твоим отцом сделали бы для меня то же самое. Но я не откажусь от золота, не надейся. Уж больно не хочется радовать этого гнусного доминиканца. Пожалуй, поеду на юг, в Мюльхаус, к брату, которого я уже несколько лет не видел. Думаю, он еще жив, а если и не так, я, может быть, останусь помочь его семье. У него одиннадцать детей, а он всего-навсего разводил свиней.
Все обнялись, и Хунн пожелал им удачи в поисках мудрости, хотя и признался, что не понимает, как можно найти этакое сокровище.
Когда они миновали ущелье, вдалеке показалось густое облако дыма, нависшее над замками Круга на западе. Тысячи всадников, крошечные, как муравьи, скакали по равнине, направляясь к крепости Гульфа Остембергского, и никто не выходил им навстречу, чтобы помешать их продвижению.
— Войско барона Фигельтаха де Вокко сровняло с землей несколько замков Круга, чем обеспечило себе проход к крепости герцога. Если мы не поторопимся, они захватят и ее, — сказал Сальетти, обозревая окрестности из седла. Гримпоу и Вейнель тем временем наслаждались красотами открывшейся им долины.
