Интегральные схемы не выдержали новой дозы радиации и перегрелись, техническая жидкость вскипела и выплеснулась наружу. Защитный костюм принялся тлеть; Сергей судорожно вздохнул и закрыл Римме второй глаз, размазывая кипящую черноту по нежно-сиреневой глянцевой коже.
– Не могу подобрать слово. Ладно, пусть об этом поэты беспокоятся.
Из-за горизонта поднималась точка заветной «вертушки». Сергей утёр с лица прозрачную жидкость, неконтролируемо потёкшую из глаз.
Стоило мне появиться в комнате, как две дюжины глаз уставились на меня с жадным ожиданием. Горящие взгляды, выпрямленные спины, ожившие картинки с призывных плакатов.
Что ж, я и сам однажды был таким.
Понадобилась всего пара секунд, и весь трепет слетел с юнцов, обернувшись разочарованием. А я меж тем направил свою коляску к столу, где дожидались анкеты кандидатов.
– Прошу прощения, – осмелилась заговорить одна из девушек, пока я листал файл за файлом. – Но здесь должно быть тестирование на пилотов шагоходов.
– Верно.
– Не могли бы Вы…
Ишь ты, какая вежливость с калекой. Увы, не смогу ответить тем же.
– Тестирование завершено.
Неловкая тишина. Медленно повернулся лицом к кандидатам, демонстративно почесал культи.
– Вы непригодны. Все.
Редко увидишь такую бурю эмоций. Слёзы, крики, угрозы. Они пришли положить свои жизни на жертвенный алтарь, а жалкий калека посмел им отказать.
Вперёд выступила всё та же девчушка.
– Это произвол! И профанация! Вызовите начальство, немедленно!
– Малышка, – ласковая улыбка разозлила юнцов ещё больше, – я похож на медиума?
– При чём здесь…
– Моё начальство давно сгнило в земле. Прошу прощения, не представился – командир шагоходного батальона полковник Лермонтов. И пока я жив – ни один из вас не станет пилотом. Свободны!
Голова разболелась от детских криков, так что я поспешил найти покой в тени своего шагохода. Было нечто особенное в молчаливой угрозе машины, единственное предназначение которой – уничтожать. А за долгие годы, проведённые внутри, я практически перестал воспринимать шагоход как нечто отдельное от моей сути.
В огромном ангаре суетились люди и каталась мелкая техника, подготавливая машины к будущим битвам, но все работали в молчании. Близился час возвращения каравана.
– Юрий, – мой покой нарушил глава базы, плюхнувшись рядом прямо на грязный пол.
– Семёныч, – за годы совместной работы все формальности между нами стёрлись без следа.
– Опять новобранцев отшил.
– А ты чего хотел? Чтобы я взял детей и заставил испытать… вот это? – кивнул на коляску. – Я и так гадаю, кому сегодня буду говорить, что ребёнок или супруг не вернулся домой.
– Не будет пилотов – мимики нас вмиг схарчат.
– И ты в суеверия ударился? Не едят они людей. Только убивают.
– Да-да, прям как рыцари твои любимые.
Наши препирания прервал скрип распахивающихся ворот. Поток колёсных грузовиков, все до одного целёхонькие, в окружении изрядно потрепанных шагоходов с опустошёнными орудиями в клешнях. Четыре, семь, одиннадцать…
Троих. Сегодня мы потеряли троих.
Обязанности пилотов шагоходов – защищать грузовой караван любой ценой, не обращая внимания на потери среди боевого состава. Без поставок ресурсов колонии загнутся за месяц, зато шагоходов хватит ещё на пару поколений.
Обязанности командира батальона – то же самое да приносить семьям известия о судьбе очередного пилота, оставленного позади.
На заре нового мира аборигены имели длинное и нудное научное наименование. Но спустя десятилетия никто не величал бывшее дикарское племя иначе как мимики. Существа с удивительным умением приспосабливаться к любым условиям жизни поначалу вызвали умиление. Но оно быстро исчезло, едва мимики скопировали человеческую технику и здания. За пару лет дикари сократили научное отставание до минимума. Чем ответили люди? Разумеется, страхом. А чего боимся, стремимся уничтожить. Три города мимиков были стёрты с поверхности планеты тяжёлой техникой и артиллерией. Через неделю ответным огнём уничтожены уже человеческие поселения.
Возмездие.
Месть.
Удар за ударом.
Два континента навеки испоганены ядерными ударами. Один люди решили зачистить до основания, второй – постарались мимики, не разобравшись, какого демона выпускают на волю.
Битва за последний, совсем крохотный, обещала быть кровавой, с Земли даже перебросили новейшее вооружение для точечной войны – шагоходы с индивидуальными силовыми полями, – да только мимики скопировали их за два дня.
А потом на голубой планете схватились за головы. А если эти существа научатся строить космолёты? Полетят к звёздам!
После поставки шагоходов всякая связь с Землёй прервалась, а наш архив с научными разработками – взорван. Так люди оказались заперты на крохотном клочке суши, способном сойти за крупный остров. На одном краю – человеческие колонии, на другом – мимики, а по центру месторождения ископаемых, на которых работает вся наша техника. Вот и воюем то за ресурсы, то просто не даём разграбить караван с добычей.
