Принц насмешливо улыбнулся и сказал: «Клянусь Шивой, я не ошибся: ты достойная моя племянница, благородная кровь Пейхвахов течет в твоих жилах. Клянусь богиней Кали, ни один пленник не проявил так много мужества… Горяча ты не в меру, да это не беда, придет время, успокоишься и образумишься».
От этих насмешек сердце мое сжалось; я бросилась на колени и со слезами стала умолять принца убить меня – ведь в будущем меня ожидали лишь горе и позор. Он почтительно поднял меня и сказал: «Побольше достоинства, принцесса! Как это можно – принцесса и вдруг на коленях!»
Это было уж слишком. Я вырвалась из его рук, побежала на балкон и хотела кинуться вниз. Принц подхватил меня, привел обратно в комнату и, позвав служанок, строго-настрого приказал им не спускать с меня глаз.
На другой день принц объявил, что меня отвезут в Лукнов, а оттуда в Пандарпур.
«Если не смиритесь, – прибавили он, – вам свяжут руки и ноги и повезут как рабыню».
Накануне я долго думала о том, что не имею права лишать себе жизни. Бог дал мне жизнь, Он только один и может ее взять у меня.
«Не трудитесь связывать меня, – сказала я принцу. – Обещаю вам не посягать на свою жизнь».
«Поклянитесь!» – приказал он.
Я сняла висевший у меня на шее золотой крест, поцеловала и поклялась.
«Ну вот и хорошо! – произнес он. – А теперь прощайте, очаровательная племянница! Когда мы свидимся вновь, я буду императором Индии, а вы – королевой Гималаев».
Несколько дней спустя я выехала из Битура под сильным конвоем. Чуть не целый месяц безостановочно ехали мы по выжженным солнцем равнинам, дремучим лесам и снежным горам. Все время за мной так строго следили, что я не могла ни с кем словечком перемолвиться.
Наконец мы добрались до Пандарпура. При въезде в город меня встретили с большой помпезностью. Сам король с придворными выехал мне навстречу; народ восторженно приветствовал меня. Тут только я узнала, что Нана сосватал меня за пандарпурского наследного принца – ребенка восьми лет! Не буду рассказывать вам, что я выстрадала в плену, сколько огорчений перенесла. Я стала было уже раскаиваться, что дала слово Нана не посягать на свою жизнь, как вдруг меня повели в капище поклониться богине Кали. Остальное вам, моим спасителям, известно.
Андре нежно обнял сестру и сказал:
– Забудем, дорогая, грустное прошлое и с крепкой надеждой на Бога будем уповать на лучшее будущее!
– Пора, детки, в путь! – стал торопить своих спутников всегда осторожный и благоразумный Мали.
Живо снесли припасы в лодку и только собрались сесть, как заметили, что нет Миана. Поглядели кругом и видят: стоит Миана на высокой скале и внимательно к чему-то присматривается. Вдруг он опрометью сбежал вниз; лицо его выражало ужас.
– Спасайтесь! – крикнул он на ходу. – За нами погоня!
Паника охватила молодежь. Берта, а за ней Андре и молодой индус кинулись со всех ног в лес.
– Стойте, детки, не то погубите себя! – крикнул им вслед Мали.
Молодые люди остановились в нерешимости.
– Погоня еще далеко, – продолжал Мали. – Скорее втащим лодку на берег и спрячем ее в кусты, не то враги сразу догадаются, где мы, и тогда нам несдобровать. Если бы даже удалось бежать, мы все равно без оружия и припасов погибнем в джунглях. Скорей, друзья, за работу!
Дружными усилиями вытащили лодку на берег и спрятали в густой заросли. Потом, вооружившись винтовками, приятели притаились за лодкой и приготовились дорого продать свою жизнь.
Вскоре три лодки с солдатами, обогнув скалу, въехали в бухту; копья и штыки солдат ярко сверкали на солнце.
– Странно, никого нет! – громко заговорил начальник отряда. – А я готов был поклясться, что захватим здесь разбойников. Такого удобного места для причала не найдешь от самого Пандарпура, а беглецы, я полагаю, нуждаются не менее нашего в отдыхе. Видно, от страха у них крылья выросли, но, как бы там ни было, им не уйти от нас. Его высочество магараджа отправил вдогонку верховых, которые опередят их и поднимут в Паргаре тревогу. А беглецам не миновать Паргар, там их и сцапают. Беда, если их не поймаем, магараджа так разгневан, что не снести нам тогда голов на плечах… Делать нечего, приходится плыть дальше. И рад бы дать гребцам вздохнуть, да нельзя, каждая минуту дорога.
Лодка вышла из бухты и скоро скрылась из виду.
– Слышал? – обратился Андре к Мали. – Плохо бы нам пришлось без тебя. Но как быть дальше? Плыть теперь по реке и думать нечего.
– Что же, пойдем джунглями! – ответил Мали. – Отсюда английские владения недалеко, а там будем в полной безопасности. Но вот беда, путь трудный, дойдет ли твоя сестра?
– За меня не бойтесь, – поспешила заявить Берта. – Я гораздо сильнее, чем ты думаешь, Мали, и не отстану от вас. Чтобы закалить меня и приучить к разным лишениям, отец не раз брал меня с собой на охоту. Немало мы с ним по полям да лесам выходили.
