— По Вашему мнению, я должна просто забыть то, что они со мной сделали? — давай же, отец, скажи это, скажи свои заготовленные слова. Я уже знаю все, что ты хочешь. Потому что я уже просчитала твои шаги, я не могу ошибиться. Я знаю о тебе все, и одновременно, я не знаю ничего. Так давай же, покажи мне, кто из нас умнее!
— Ты безумна, — с нотками ужаса произносит он. Бинго отец, Вы чертовски правы, но я чувствую, вижу эту фальшь. Это не спонтанная речь, чёткий сценарий, много ходовая партия для меня. Вы хотите выбить меня из игры. Что же, я подыграю Вам. — Безумный король — это плохой правитель. Думаю, ты понимаешь.
— И что же я такого сделала, что не оправдала Ваши ожидания? — давай, скажи уже свой предлог для того, чтобы лишить меня статуса наследницы, чтобы совсем скоро Ваша новая жена родила Вам сына.
— Ты решила что сможешь уничтожить Ёсида, — теперь он действительно смеётся. Смейся, но ты так ничего и не понял, какая жалость, — Ты решила, что с помощью его детей сможешь победить? Даже побочные ветки всколыхнула, мои поздравления! А что дальше?! Инуока и его сестра сдали тебя.
Сжимаю зубы. Приходится терпеть, этого я не ожидала, только не от него. Хоть это и есть часть плана, когда в тебе разочаровывается твой отец, почему-то на душе гадко. Я могу лишь сжимать кулаки и скрипя зубами слушать эти унижения. Ничего не могу ему сказать. Ками, да скажи ты уже эти чёртовы слова и дай мне уйти.
— В будущем мой сын займёт твоё место, после совершеннолетия ты выйдешь за Акаши и не будешь претендовать на место главы.
Поддаюсь порыву, будто бы сейчас взаправду меня вернули на 8 лет назад, когда меня ждала именно такая участь. Наплевав на правила приличия оказываюсь за дверью даже не потрудившись её закрыть, что-то ответить. А потом, оказавшись уже в своей комнате приходит осознание. Это не спектакль для других, не ложь и не многоходовка проигранная в моей голове. Это реальность. И сейчас меня действительно унизили. Поставили на место как нашкодившего ребёнка. Во мне разочаровались, я видела это в его глазах. Впервые за несколько недель беру в руки сигареты и дрожащими руками подношу кончик сигареты к огню. Не скрываясь, курю прямо в комнате, стряхивая на пол пепел. Это не те, лёгкие, почти что-то без табака сигареты данные Курихарой, другие, намного крепче. Я не курила с того ночного дождя. Именно тогда, всё это и началось.
По щекам текут предательские слезы. Дым душит, хотя практически заглушает боль. Стоящая на комоде декоративная катана вдребезги разбивает зеркало. В крупных осколках я вижу свой взгляд. Действительно безумный, настолько дикий, что даже противно. Отец не лукавил, заготовленная им речь не была ложью. Он прав. Но этого безумца сотворили именно Вы!
— Молодая Госпожа, всё в порядке?
— Да, — от сигарет голос хрипит, но это лишь временно. Пока что. — Приготовьте машину.
— Слушаюсь.
Через полчаса я стою на пороге уже знакомого дома и жду пока владелица откроет дверь. Оказавшись в доме я понимаю, что меня трясёт. Но навряд ли от холода.
— Все прошло по плану. — дрожь из голоса я убрать уже не в силах. Я из тех, для кого цель оправдывает средства. Даже, если это заставить своего родителя разочароваться в тебе. Даже, если для достижения цели мне придётся лишится того, к чему готовили последние три года. Конченная эгоистка.
— Тебе это дорого обошлось, — ненавижу когда жалеют, но именно сейчас сочувствующие нотки в голосе полукровки не злят. Кажутся уместными и правильными. Так сильно зацепило? У демонов нет души, а значит, я всё-таки человек, раз во мне есть то, что можно было задеть. Как неожиданно было узнать, что «Ахиллесова пята» это мнение отца обо мне. Противно и неприятно. — Однако, ты гений, а значит сможешь разыграть все, как нужно тебе.
Хотелось бы согласится, но сейчас я как никогда близка к провалу. Не зря когда-то Сей считал чувства помехой к «Победе». Эмоции же, верный ключ к провалу. Тот кто идёт на поводу эмоций, заведомо проигравший. И даже мой гениальный ум не может это обуздать.
Я всё-таки слаба?
Плановое собрание студсовета добило меня окончательно, а ведь мне ещё два урока и работа в комитете. Сказалась бессонная ночь и немного алкоголя. Да от меня сегодня все одноклассники шарахаются. Кабинет стремительно пустеет, никто особо не задерживается здесь, но сегодня они быстрее обычного. Сжимаю виски пальцами и исподлобья смотрю на то, как последний человек покидает помещение и за ним закрывается дверь.
— Она в порядке, — тихо говорю я, Акаши стоит напротив меня. Смотрит сверху вниз, но мне сейчас всё равно. Я очень устала. — Под утро я смогла дать ей снотворное и она скорее всего спит.
— Я понял, — чуть помедлив, но все же говорит тихое: «Спасибо». Вот уж не ожидала. Даже голова на мгновение перестаёт болеть.
— Слушай, Акаши, я понимаю, что это не моё дело, но что такого сказал ей отец? — от его пронзительного взгляда по спине пробегает холодок. — Ну что? — я развожу руками в стороны, — Если бы я это спросила у Аоки, это бы добило её!
