Я – Молния. А он – Гром. Не подумайте лишнего, так просто совпало. Он – мой враг, но я должна его в себя влюбить. Задания хуже не придумаешь, ведь громы и молнии между нами полыхают вполне настоящие! Какие тут могут быть чувства? Но все меняется, когда нам приходится объединиться перед лицом общей опасности. Как там говорят? От ненависти до любви всего один шаг? Боюсь, что скоро мы это проверим…
– Весь дворец на ушах стоит. И было бы, ради чего. Такой позор мы не скоро забудем!
Я задернула шторы и рывком обернулась к тете. Подошла, опустилась возле нее на корточки и накрыла прохладные ладони своими.
– Этот ужасный человек, Гром, тоже будет здесь. Не хочу, чтобы вы с ним пересекались. Ох, чувствую, быть беде… – тетушка Ризэ зажмурилась. – Скажись больной и не ходи на собрание! Поняла?
Стоило услышать прозвище «Гром», как дыхание перехватило, а сердце заколотилось, будто птица в силках. Волна неконтролируемой паники охватила тело.
– Нельзя, ты же знаешь. Как я могу ослушаться приказа Главы?
Ссутулив плечи, тетя коснулась моих щек – рукава платья сползли, явив темный рисунок вен. Только сейчас я заметила, что в угольно-черных волосах ее запутались ниточки седины, а в уголках глаз появились глубокие морщины.
Я столько лет моталась туда-сюда, не замечая, как она стареет.
– Это он заставил тебя рисковать жизнью, а мой муж ему потакал! А все из-за чего? Из-за проклятой магии, все зло от нее! – В глазах тети вспыхнули искры. – Из-за нее мы чуть тебя не потеряли. Ну что за жизнь у тебя, девочка моя? Тебе надо цвести и радовать взоры, а не это вот все…
– Не будем о грустном. Ты обещала помочь мне собраться, помнишь? – произнесла я в попытке отвлечь ее.
Тетушка Ризэ рассеянно кивнула. Она специально отослала служанок, чтобы побыть со мной наедине. Помню, как в детстве она долго-долго мыла и расчесывала мне волосы. Вот и сейчас взялась водить гребнем по отросшим локонам, успокаивая знакомыми движениями.
– Ты такая красивая, – тепло заметила она.
– Да брось.
Меня всегда смущали подобные разговоры, хотелось свести все к шутке. В каком это месте я красивая?
– Наряжаюсь, как на свадьбу, – выдавила я кисло и отвела взгляд от зеркала.
– Нельзя предстать перед всеми посмешищем. Ты у меня девица на выданье, так что изволь выглядеть прилично. Даже в гадюшнике.
Моя строгая тетушка еще не оставила надежды слепить из меня образцовую невесту, а после – жену.
– Сегодня все опять скажут, что я из последних сил ищу мужа, – я не удержалась и хихикнула. – Даже среди врагов.
А потом, не желая обижать тетю, скромно опустила ресницы и разгладила полы запашного шелкового платья. Синий пояс так туго перетянул талию, что было тяжело дышать.
В тонком серебристом одеянии, украшенном изящными лилиями, я чувствовала себя уязвимой. Еще подъюбник из десяти слоев воздушной ткани шуршал при каждом движении. Где я и где все эти вычурные тряпки?
– Глава специально велел тебе присутствовать на собрании, чтобы позлить Грома.
– Возможно, – я кивнула и поморщилась.
Господин Сандо – тот еще интриган и манипулятор. Зная его характер, он не смирится с поражением в этой войне. Его битва будет окончена лишь после его смерти.
– Гром ведь не знает, что ты жива. Он будет в ярости, – продолжала тетушка, дергая мои волосы и укладывая их в замысловатый пучок.
Но все шло наперекосяк: шпильки гнулись, а волосы путались.
– Он даже не знает, что я женщина. Готова отправиться в этот змеюшник только ради того, чтобы посмотреть, как вытянется его лицо. Или нет? Все говорят, что Гром невозмутим и холоден, как лед.
Тетушка цокнула.
– Да что ты будешь делать! Ничего не получается, я только все испортила.
– Не беда. Давай просто распустим их.
Не успела она возразить, как я потянула шпильку, и волосы окутали плечи темным каскадом.
– Это же неприлично! – тетя Ризэ уставилась на меня в ужасе.
– Я делала много неприличных вещей. Одной больше, одной меньше, какая разница?
Тетушка нахмурила брови, потом смягчилась и порывисто обняла меня.
– Ничего-ничего, Мирай. Скоро это все закончится, и ты заживешь, как нормальная девушка. Ууу, изверги! У моей девочки вместо женственных округлостей одни кости!
– Да все нормально у меня, – на всякий случай я бросила взгляд вниз и повертелась вокруг своей оси. – Ты меня откормила.
– Ненормально! – безапелляционно заявила она. – Ты должна научиться любить и беречь себя.
– Госпожа Ризэ! – послышался скрипучий голос начальницы над слугами, и мы увидели ее смуглое морщинистое лицо. – Господа Сори и Этлан опять подрались, требуется ваше вмешательство.
Тетя раздраженно отложила гребень.
– Ох уж эти мальчишки, я с них шкуры спущу! – обернулась ко мне: – Мирай, прости, но я вынуждена тебя оставить. Послать тебе служанок?
– Не нужно, я почти готова. И время поджимает, Глава ненавидит опоздания.
Тетушка Ризэ убежала. Я приподняла бровь, разглядывая отражение в зеркале.
На меня смотрела незнакомка с моим лицом. Кожа под слоем пудры слишком бела, на скулах нарисован нежный румянец. Помада сделала губы полней, подчеркнула лукавый изгиб.
Я прошлась по лицу влажной хлопковой тканью. Так-то лучше. Прости, тетя.
Пока никто не видел, я сдернула подъюбник и запихнула в сундук. Сняла с манекена нагрудник, украшенный воинскими регалиями, и принялась завязывать ремешки. Не хочу предстать на собрании наряженной куклой.
Особенно перед ним. Перед Громом.