– Может, еще вспомнишь, - утешительно произнес я. - Сейчас у тебя шок, но она произнесла несколько слов. Может, они спасут им жизнь… или нам.
Херон растерянно моргнул. Я взглядом предупредил его, что не надо высказывать вопрос, готовый сорваться с его губ. Он понял, что я что-то видел, знаю и этого достаточно.
– Етим, - старательно выговорило существо и мотнуло головой к двери.
Да, Аг прав, здесь больше делать нечего, а в путь отправиться мы должны были еще вчера.
– Летим! - я пружинисто поднялся и потянулся. С усмешкой посмотрел на скрючившегося в три погибели Ага. Вот, есть и преимущества у невысокого роста!
– Куда летим? - подорвался за мной Херон.
– К Дэйдрэ, - коротко ответил я, повесив медальон на шею и направляясь к выходу. На улице Аг с ощутимым наслаждением распрямился и в три прыжка оказался от нас довольно далеко. Я восхищенно присвистнул: совсем как дроу! Этот парень начинал мне нравиться - краткий, исполнительный, неприхотливый, умный и кажется действительно быстро обучается, звуков в речи драмиса становилось все больше. Глядишь, через пару дней будем свободно общаться без переводческих услуг Эжоны.
Вслед за мной, покачиваясь, вышел Херон, заботливо поддерживаемый драконихой. Эрлиниэль вылетел последним, делая вид, что его ничего не интересует и вообще - все есть прах.
Аг принял свою яркую ипостась. У Херона открылся рот, и широко распахнулись глаза. Я, не без некоторой бравады, одним прыжком залетел на спину ящера и сделал пригласительный жест. Херон с опаской потрогал крыло драмиса. Эжона, не теряя времени, бодро карабкалась на собрата. Аг терпеливо дождался пока все усядутся и повернул ко мне морду. В глазах я прочитал вопрос. Ну да, конечно, маршрут.
– На север, - махнул я рукой и, дождавшись когда эльф привычно скользнет мне за пазуху, устроился поудобнее на хребте ящера. Честно говоря, я планировал немного вздремнуть в полете, так как жизнь меня не особо баловала минутами отдыха. К тому же еще не факт, что потом удастся, да и комфортная магическая завеса драмиса давала шанс не свергнуться в бездну во сне.
Укачивающая мягкость полета, размытые линии звезд, мирное посапывание у меня за пазухой - все создавало атмосферу спокойствия и безопасности. Я понимал, что это иллюзорно, но готов был поверить. Нежная темнота приняла меня, как ласковая хозяйка загулявшего кота: приютила, омыла душу от волнений и тревог, усыпила…
– Повелитель, мы нашли девушку в лесу. Она утверждает, что вырвалась из плена. Эльфийка, - по-военному отрапортовал молодой эльф.
Я помотал головой - видение не прошло. Какой любопытный сон, мне еще никогда до этого не снились эльфы… ну если только… Ну мне никогда до этого не снилось их больше одной… одного!
Я повернул голову. Как всегда, во сне, это движение далось с трудом. Даже появилось ощущение кружения. Напротив молодого бойца, на небольшом и явно неудобном троне восседал Цвейго. Я удивился еще больше. Повелитель светлых! Или это у меня угрызения совести вдруг проснулись? Мол, что я скажу папаше, не уберег девочку… Хотя, девочка сама помчалась сломя голову навстречу неприятностям.
– Давай сюда, Прегио, - устало ответил Повелитель.
Молодой исчез. А я пригляделся к светлому. То, что он меня не видел и вообще не реагировал, добавляло мне уверенности, что это просто сон. Поскольку эльфы такого уровня могут легко почуять вторжение.
Цвейго выглядел не лучшим образом. Он осунулся, глаза беспокойно бегали, расшитый золотом плащ придавал лицу еще более болезненный вид. В руках он держал портрет. Я попробовал приблизиться и медленно поплыл к Повелителю, словно был туманным облаком.
Заглянув за плечо Цвейго, я удивился. Вместо того, чтобы рассматривать портрет жены, дочери или хоть какой-нибудь дамы, светлый уставился на четырех молодых людей. Среди них был один светлый, один дроу, необыкновенно красивая светлокожая девушка с черными глазами и оранжевыми волосами и… Лайнес! То, что этот молодой невероятно красивый дручий - Лайнес, я понял сразу. Да, он сильно изменился внешне. Оказывается, у него не всегда были белые волосы… Но холодный, насмешливый, внимательный взгляд остался прежним. Художнику очень хорошо удалось передать это вечное выражение интереса к бабочке, которую только что пришпилили аметистовой иглой к золотой доске с другими, уже мертвыми, насекомыми.
Не знаю почему, но я почувствовал страх. Раньше Лайнес был просто опасным психом, которому приспичило иметь Сияние, око власти… саму власть. Она ускользнула из рук, и он как-то особо и не расстроился. Сейчас я почувствовал, что это была лишь прелюдия к игре. А игра начинается здесь, в эпицентре событий, на трех рукавах речушки вблизи родной деревни Херона. И я не сплю, просто часть моего сознания каким-то непостижимым образом попала сюда. Или это очередная иллюзия Лайнеса?
Цвейго, нежно поглаживающий девушку на картине, вздрогнул и прикрыл портрет подолом золотого плаща.
Через пару мгновений в палатку вошла девушка. Нет, это все-таки сон! Это же Нарвэ…
