Спускаться вниз было жутко. И добравшись до заветных дверей, я остановилась. Та, что была справа, вела в помещение, где хранились несметные богатства нашего рода, скопленные за несколько столетий. Но меня сейчас абсолютно не интересовали ни золото, ни драгоценные камни. А вот левая… От нее так и разило злом. Именно за ней находились тайные знания нашей семьи. Страх удушливой волной захватил меня. Захотелось сбежать, спрятаться, словно в раннем детстве, зажмурив глаза, будучи охваченной мелкой, постыдной дрожью, отсидеться в укромном уголке. Но тут перед моими глазами будто наяву появилась насмешливая улыбка Влада, и страх, напоследок мстительно царапнув меня своими острыми когтями, испарился.
Недрогнувшей рукой я повернула ключ в замочной скважине, распахнула послушно поддавшуюся дверь и, даже не задумываясь, потянулась к одной из полок, на которой лежал посеревший от времени кусок кожи. На нем, несмотря на ветхость, отчётливо различались древние письмена нашего народа. Читать их могли лишь избранные, и я входила в их число. Правда, отец говорил, что это язык не народа ацтеков, а демонов Нижнего Мира, но для меня это было уже неважно. Я твердо знала, зачем сюда пришла, и что мне нужно сделать.
Взяв в руки древнее заклинание, я внутренне содрогнулась от омерзения, но упрямо развернула его и стала пристально всматриваться в текст. Осознание, что это билет в один конец, пришло ко мне не сразу, а вот потом… За призыв придется расплачиваться душой. Да, вот так банально. Именно ее энергия, а еще и кровь призывающего использовались для открытия дверей в Нижний Мир. После этого осмелившийся воспользоваться призывом делил свою жизнь с явившимися демонами. Так что, вывод простой — умрут они, умру и я. Глупо? Несправедливо? Но такова была суровая реальность. Чтобы спасти свою страну, или хотя бы отсрочить её уничтожение, я должна была пожертвовать собой.
После моего крика с просьбой о помощи Владу, наша связь прервалась. И я не знала, успеет ли он прийти ко мне порталом. А если решит добираться своим путем, то может и не успеть. Страшный сон, что часто снился мне в прошлом, начинал обретать реальность. Он приходил ко мне в разных вариантах, но во всех случаях всегда был один итог — я умирала. И боюсь, в этот раз даже Владу не под силу меня спасти.
Держа заклинание в руках, я поймала себя на том, что просто оттягиваю неизбежное. И где-то на задворках сознания металась подленькая мыслишка: можно ничего не делать, просто схватить отца, укрыться где-нибудь, пару-тройку часов мы точно протянем! А там… Там явится Влад, скорее всего, не один, и он всё решит, уничтожит эту заразу! И не придётся отказываться от нашего будущего, от жизни, что манила обещанием счастья с любимым. Но цена за это — тысячи жизней моих соплеменников. Чтобы спасти себя, мне придётся бессильно наблюдать за тем, как рушится моя страна, как её поглощает Тьма, как она становится прибежищем мерзкого зла. Поймёт ли Влад, почему я так поступила? Простит ли? И… Прощу ли я сама себя?
Криво усмехнувшись, я безжалостно уничтожаю ростки малодушия в себе. Надо действовать! Давление Тьмы, что врывалась в наш мир, становилось все ощутимей. Оно забирало волю к жизни, наполняя взамен беспросветной тоской, от которой опускались руки. Встряхнув головой, я стала произносить вслух слова древнего языка, и строчки в манускрипте вспыхивали при каждом произнесенном мной звуке. Дочитав до конца, я проколола себе палец, капнула на свиток кровью и замерла. Ветер, поднявшийся после этого, вырвал его из моих рук и злобно закружил по комнате. А после рукописное заклинание, вспыхнув ярким огнем, осыпалось пеплом. И на месте падения чёрных, жирных хлопьев пространство пошло трещинами. Будто что-то огромное с той стороны изо всех сил давило на наш мир, пытаясь преодолеть раздражающую преграду. Раздался оглушительный треск, и вот из открывшегося портала в меня ударили сотканные из мрака жгуты, что моментально впитались в мое тело.
Разум сразу очистился от любых сомнений и тревог, оставив лишь чёткое осознание того, что мне предстоит сделать дальше. Твердым шагом я отправилась на выход. В подсознании мелькнуло слабое удивление тому, что дом оказался полностью пустым, чего ранее никогда не бывало, но холод, окутавший разум, и проснувшаяся жажда крови тут же отвлекли меня от размышлений, куда подевались все стражники и обитатели дома.
Целеустремленно двигаясь по коридорам нашего дворца, я краем глаза заметила свое отражение в одном из зеркал, и оно мне понравилось, хотя раньше, наверное, я бы закричала от ужаса. Потемневшая кожа, острые когти, глаза, из которых исходила дымка тьмы… Прекрасно! Образ завершала одежда, будто сшитая из кусков чешуйчатой шкуры неведомого зверя.
