Я подъезжаю к ресторану раньше времени. Занимаю забронированный столик и прошу официанта принести воды. Есть не хочется, несмотря на то, что за весь день я съела только круассан и выпила две чашки кофе. От нервов и переживаний меня немного подташнивает.
Мобильный оповещает о новом сообщении от мужа. Богдан пишет, что задержится еще на полчаса, что окончательно выводит меня из равновесия. Я печатаю ответ и стираю, снова печатаю и стираю. А когда я решаюсь на отправку, с незнакомого номера получаю очередное фото. На нем Эльза и Богдан мило беседуют у автомобиля мужа. Я бы могла поверить в то, что все эти снимки — подстава или что-то из прошлого, если бы на них мой муж не был одет в ту же самую одежду, в которой сегодня утром вышел из дома.
Я прикрываю глаза и делаю глубокий вдох, а затем также медленно выдыхаю. Как же больно, когда обманывает любимый человек. Я никогда не думала, что со мной может произойти нечто подобное, что мой мужчина пойдет на предательство. Но как же трудно спорить с фактами.
Официант ставит передо мной стакан воды, спрашивает, готова ли я сделать заказ. Я прошу принести салат, просто чтобы он от меня отвязался. В ожидании мужа я снова беру в руки мобильный. Пальцы дрожат. Перед глазами все плывет. Это стресс, боль и, возможно, недосып. Я стараюсь успокоиться. Отвлечься. Нарочно игнорируя папку сообщений, отрываю новостной канал. Ничего не помогает. Богдан не идет из головы. Его предательство. Наше прошлое.
Нас ведь уже несколько лет называют одной из самых красивых пар столицы. Приватных и закрытых, несмотря на публичность, которая сопутствует моей профессии и его положению в бизнес-элите страны. Это наше правило — жить ради друг друга, а не ради толпы, которая так и ждёт, когда можно будет тряхнуть грязным бельем. За все время нашего союза, мы никогда не были замешаны ни в одном скандале. Разве что постоянно ведутся обсуждении об отсутствии у нас детей. Помогает только полный игнор всех любителей засунуть свой нос не в свои дела.
Мой мобильный оживает снова. На этот раз звонит подруга.
— Лин, как ты? — ее настороженный голос передает волнение и мне.
— Все нормально, Карин, — отвечаю мрачно. — Ну или почти нормально. Он перезвонил. Жду его в ресторане, но Дана пока нет. Сказал, что опоздает.
В трубке воцаряется молчание, и я даже смотрю на экран, чтобы убедиться, что вызов еще идет.
— Карин, ты здесь? — хмурюсь я.
— Аделина, ты, наверное, еще не видела? Просто ты так спокойна…
— Не видела чего? — непонимающе переспрашиваю.
— Паблики со сплетнями открывала? Там все пестрит… — Карина запинается. — Фотографиями Богдана.
— Нет, нет, только не это, — шепчу растерянно, прекрасно понимая, о чем она говорит.
— Если хочешь, я могу приехать, — предлагает подруга. — Или ты приезжай ко мне.
— Нет, спасибо. Я справлюсь с этим, — уверенно говорю я. — Я должна узнать обо всем от него.
— Удачи. Знай, что я всегда рядом. В случае чего — сразу звони, Лина, — с теплотой в голосе произносит Карина.
— Хорошо.
Я сбрасываю вызов и, открыв в мобильном одну из ссылок, которые прислала подруга, прикрываю рот в ужасе. Все кишит фотографиями Богдана и Эльзы. Мои здесь тоже имеются, но в малом количестве.
Один заголовок кажется хуже другого. Ненавижу их. Журналистов, которые это пишут. Папарацци, которые снимают. Никто не станет разбираться в правде, все будут рыться в куче грязного белья, которую за собой оставил мой муж. Его я ненавижу еще сильнее. Он подставил под угрозу мою карьеру и репутацию, но самое главное — он уничтожил то светлое, что мы создавали на протяжении долгих лет. Любовь… Да и была ли она когда-нибудь, если он смог по первому же зову помчаться к бывшей?
Горечь, смешанная с обидой и болью, расползается по телу. Я будто только сейчас осознаю все происходящее и то, как моя жизнь рушится. Внутри нестерпимо жжет — такой раздавленной я не чувствовала себя, пожалуй, никогда. Прокручиваю в памяти события последних двух месяцев, и общая картинка постепенно начинает вырисовываться. Богдан стал чаще задерживаться на работе и ездить в командировки почти каждую неделю. Наши многочасовые разговоры за ужином о прошедшем дне превратились в короткие предложения, типа «как дела» и «все нормально». Я списывала это на усталость, но дело было в другом. В другой, точнее. В женщине, для которой он когда-то был недостаточно богат.