— Вот так. Верну мёртвую. И запитаю на матушку. Пусть кормит своего возвратника. Пару месяцев протянет, а там и скончается от естественных причин. И он надолго не переживёт, без подпитки…
Савкин лютый вой заглушил шепоток.
Сволочи.
Согласен.
Редкостные.
— … только пойми, что книгу эту многие ищут. И к тебе придут рано или поздно, — снова голос в ушах звенит, возвращая в ту, украденную, реальность. — К нему вот. Твой муж, он ведь не просто так от рода отложился. Уезжать тебе надо. Прятаться. Я помогу. Документы выправлю. Оно, конечно, дорого станет, чтоб нормальные, хорошие. Да и дело небыстрое. Тебе же спешить надобно. Сделаем так…. — он словно бы задумался. — Дом продавай. Комнаты я тебе сниму. Место, конечно, попроще, но там точно никто искать не станет. Деньги отдашь. Не смотри, разве ж стал бы я тебя обманывать?
Стал бы.
Ещё как стал бы.
— Перевести их надобно будет. На другое имя. Сумма ж немаленькая. Ни к чему тебе перед людьми такими деньжищами светить. Да и не удержишься, тратить начнёшь.
Эта тварь была убедительна.
А убедить не особо умную женщину, готовую на всё, чтобы сына спасти, не так и сложно.
— Я же в банк положу, на новое имя. И чековую книжку сделаю, чтобы честь по чести. Думаю, в России вам вовсе делать нечего. Как бумаги выправят, то в Эстляндию переезжай…
— Как же ж…
— Обычно. Тут вам покоя не дадут. Ни тебе, ни ему… Громовы писали?
— Т-телеграмку прислали… что приедут…
— Ни к чему оно. Отпиши, что дара нет, что вы в помощи не нуждаетесь. Или думаешь, что лучше меня помогут?
— Но… родня ж…
— Родня. С такой роднёй и врагов не надо. Они ж не просто так. Нужна ты им. Сына, может, и заберут, а с тобой разговор короткий будет. Муж твой вот сбежал не просто так, знал, что нельзя ему оставаться и этим вон верить… нельзя… поэтому меня слушай. Ныне же телеграммку я напишу, а ты сходишь и отправишь. Лучше даже не про дар. Правду напиши, что, мол, заболел мальчонка и помер. И ты от горя уходишь в паломничество. По святым местам. Вот прям перед дорогою и пишешь.
— Но…
— Или ты меня слушаешь и делаешь, что говорю, или я ухожу. Сама спасай своего сына.
— С-сделаю.
— И умница. Поглядишь, всё у нас получится. Телеграмку я набросаю, а ты сходишь и отправишь. Вот прям сейчас, пока я ритуал проводить стану. Тебе-то всё одно тут быть неможно. А уж как вернёшься, так и вещички собирай, для переезда…
— А дом?
— Доверенность подпишешь, и мой человек сам всё сделает.
Суки.
Какие же суки… и даже не в обмане дело. Я и сам обманывал частенько. Но теперь это воспринимается иначе.
— Многое не бери… драгоценности тоже мне оставь. Список сделай, чтоб потом принять и без обид…
Этот вкрадчивый шелестящий голос звенел в Савкиной голове, вызывая приступы лютой необъяснимой ярости.
И не способный с нею справиться, Савка заорал.
Чтоб тебя…
Глава 28
Выдох.
Тишина.
От Савкиного вопля в ушах звон стоит. И я снова там. Или тут? Как правильно? Который из миров «тут», а который «там»? Хрен ли разница. Главное, что в обоих мы помираем.
Дерьмо.
Нет, не страшно. Мальчики кровавые в глазах не пляшут, сердце не цепенеет, не леденеет разум, скорее уж пришло полное осознание собственной беспомощности. Но продолжаю цепляться. Ниточки-электродики-трубочки-лекарства. Живу. Пока живу. И надо ещё немного, пока Савку в реальность не вытряхну.
А я вытряхну.
Никуда он не денется.
Тоже мне, мёртвый… мужик этот что-то да сотворил. Что? Понятия не имею. Может, Серега чего и подсказал бы, да он далеко.
Самим думать надо.
Глаза склеились и до того сухие, что прям трескаются. Вновь же тело… а ничего не изменилось. То ли не стало хуже, то ли вернулся я в прошлый момент. Ладно, это по сути мелочь.
Другое важно.
Книга.
Из-за неё всё, потому как, чуется, сами по себе, что Савкина матушка, что Савка, никому-то не интересны. Отец и вправду из Громовых.
Громовы — охотники.
Род старый.
Могли иметь свои секреты? Там… не знаю, заклятья, ритуалы, обряды или ещё что? Могли. Вполне. И книгу сотворить тоже могли. Скажем, пособие для начинающих охотников… нет, скорее для продвинутых или даже сверхпродвинутых.
Так…
Серега говорил, что у революционеров появились теневые игрушки.
Поглотитель.
Алексей Михайлович про «Туман» тоже высказался.
Могло ли… из книги? Скажем, рецепты взять? «Туман» использовали давно, а тут снова, спустя десятки лет выплыл. Причём тот, кто его изготовил, давно мёртв. А знание живо. И спрятано.
Было.
Твою ж… нет, может, совпадение… или?
Тот мужик явно соображал в делах охотников. Сам был? Вполне возможно. Даже вероятно. Знаний одних недостаточно. Помнится, что-то про кровь тварей кромешных упоминали. А эту кровь поди-ка добудь. Сомневаюсь, чтобы тени добровольным донорством промышляли. Итак, что я знаю, кроме того, что он — редкостная сволочь?
