Этого Грон стерпеть не мог. Почувствовав, как над головой засвистела дубинка, он присел и, обернувшись, врезал нападавшему кулаком в пах, в последнюю секунду слегка придержав кулак, дабы удар не был смертельным. Рында отлетел к стене и сполз на мостовую. Грон хищно развернулся, едва не перекрутившись дальше, чем надо, и, поймав руку второго, хрястнул его кулаком по лбу. Тот тоже осел. Грон отпрыгнул в сторону, ища глазами новых противников, но никто больше не пытался напасть. Рабы опустили паланкин на землю, готовясь бежать при малейшем признаке опасности. Рынды валялись по сторонам, а студенты смотрели на него разинув рот. Грон расслабился, потом чертыхнулся про себя: проклятое вино! Его благие намерения не выделяться разлетелись в пух и прах. Избить двух рынд… Да еще в присутствии студентов… Н-да, это было все равно что выйти голым на центральную площадь и весь день орать свое имя. Завтра он будет известен всем студентам Роула, а это значит, и остальному городу тоже.
— Ну ты крутой, — растерянно оглядываясь, произнес Комар, а Улмир подошел к одному из лежащих рынд и осторожно потряс его за плечо, потом приложил ухо к груди.
— Жив. Уф, они отлетели, как тряпичные куклы, я думал, что ты их прикончил.
Грон неуклюже попытался выпутаться:
— Сам не знаю, как так получилось. Махнул рукой — и все.
Студенты расхохотались, потом Комар развязной походкой подошел к паланкину и потянулся к занавескам:
— Ну что, это должно вас научить, как науськивать своих слуг на достойных людей.
Грон едва успел поймать его за руку:
— Прекрати.
— Ты чего? — удивился тот.
— А того, что мы сами шли, перекрыв улицу и горланя песни так, что не слышали, что у нас за спиной. — Он повернулся к паланкину. — Прошу простить нас, господин, за причиненные неудобства. Искренне сожалею, что так произошло.
Он подтолкнул ребят в сторону площади, как вдруг из паланкина раздался голос:
— Стойте.
Ребята обескураженно замерли. Занавески раздвинулись, и в проеме показалась узкое, холеное лицо с тщательно ухоженной бородкой. Ребята побледнели. Из паланкина высунулись ноги, и на мостовую опустились ступни, обутые в узкие, шелковые сандалии, которые явно не предназначались для улицы. Улмир потерянно прошептал:
— Приор.
А тот окинул их насмешливым взглядом и повернулся к Грону:
— Кто ты, юноша?
Грон немного стушевался. Выпитое еще туманило мозги, и он никак не мог сообразить, к добру или к худу все, что сейчас происходит.
— Мое имя Грон, господин, и я только сегодня утром приехал в этот город.
— Где ты научился так драться?
Грон почувствовал, что лучше не врать о случайности.
— Ну, я вырос в портовой груде на Тамарисе, там часто приходится объясняться не только с помощью слов.
Приор кивнул:
— У тебя довольно правильная речь. Ты где-нибудь учился?
— Если вы имеете в виду гимнасиум, то нет, но мне встречались хорошие люди.
Приор улыбнулся.
— Что ж, вполне возможно, что это лучшая школа. — Он задумчиво посмотрел на Грона. — Ты ищешь работу в Роуле?
Грон кивнул:
— Да, господин.
Приор задумчиво посмотрел на лежащих без чувств рынд.
— А что ты еще умеешь делать?
— О, у меня много талантов, господин: я могу колоть дрова, ухаживать за лошадьми, работать на винограднике, неплохо готовлю, правда самые простые блюда, кроме того, я силен и крепок.
— Нам в гимнасиуме нужен расторопный слуга. К тому же если у тебя есть тяга к знаниям, то хотя ты вряд ли сможешь посещать занятия вместе со всеми, но никто не станет запрещать тебе говорить, — тут приор снова улыбнулся, — с добрыми людьми. А таких, уверяю тебя, много среди обучителей.
Грон склонился в низком поклоне:
— Благодарю, господин.
— Значит ли это, что ты принимаешь мое предложение?
— О да, господин, с радостью.
Приор кивнул и повернулся к студентам:
— Теперь с вами… — Приор сделал паузу, на этот раз его голосом можно было заморозить небольшое озеро. — Как вы думаете, что ждет вас?
Комар оцепенело уставился на приора, а Улмир сдавленно произнес:
— Позорное исключение.
Приор медленно кивнул:
— Вы правы — так и будет… — Он сделал паузу, потом продолжил медленно и четко выговаривая слова: — Если я где-нибудь и от кого-нибудь услышу о сегодняшнем вечере. — Он посмотрел на каждого, как удав смотрит на кролика. — А сейчас отведите его в гимнасиум и устройте на ночь.
Когда паланкин исчез в темноте, Комар вытер вспотевший лоб.
— Ну и вечерок, до конца дней не забуду. — Он повернулся к Грону. — Да, если б не ты, лететь бы нам под зад пинком. — Он зажмурился. — Мой папаша меня бы убил.
— Мой бы тоже по головке не погладил, — буркнул Улмир. — Ладно, одно хорошо — завтра не придется идти к приору.
Комар недоуменно помолчал, потом нервно расхохотался:
— Ладно, пошли. А то я уж не знаю, чем может окончиться эта ночь. — И они двинулись в сторону Врат гимнасиумов.
