Ставки сделаны, ставок больше нет. Ольгу и Дженну ждет решающая схватка, в которой сойдутся прошлое, настоящее и будущее…
Звонкий перестук высоких каблуков со стальными набойками. Именно так Ариана понимает о неизбежном появлении главного человека. Малена и ее молчаливые подручные перемещаются по каземату совершенно бесшумно, и также бесшумно работают, нарушая тишину лишь когда требуется задать очередной вопрос. Но большой босс не будет красться тенью, ей незачем скрывать свое присутствие.
Мерный перестук приближается, хозяйка каземата уже у самой двери, оставив Ариане последнюю секунду, чтобы собрать всю свою волю, всю свою храбрость. Все, что осталось.
– Добрый вечер…
Верховный Комиссар Дженна Донован входит в камеру пыток, коротким кивком приветствуя всех присутствующих. На ней белое платье с широким поясом из лондонской коллекции 1963 года и маленькая соломенная шляпка с синей лентой. Как всегда, она словно светится тихим счастьем.
– Добрый вечер, товарищ комиссар.
Как старшая по званию, Малена приветствует Верховного, подручные склоняются в низком поклоне.
– Где вы ее взяли?
– В Поясе. Мои ищейки шли за ней почти два месяца, несколько раз теряя след. И все же, нам удалось загнать ее в угол, мне удалось. Надо отдать должное вашей знакомой – дралась отчаянно и необычайно умело, убив трех моих людей, старая школа. Но это все частности. А результат – вот она, перед вами. Не совсем в сохранности, конечно, но говорить может…
Дженна вглядывается в лицо Малены, внимательно осматривает еще не полностью заживший широкий порез и новый левый глаз на месте старого. Действительно, старая школа.
– Большое спасибо. А теперь, будьте так добры, оставьте нас. Мне надо побеседовать со старой знакомой о своем, о девичьем.
Дождавшись, пока волчья стая покинет каземат, Дженна ставит тяжелый стул напротив стального стола, и седлает его, уперев подбородок в высокую спинку. Некоторое время с неподдельным интересом рассматривает лежащую на столе обнаженную изувеченную женщину.
– А вы постарели. Я помню вас моложе…
– Неудивительно, ты ведь тогда была совсем еще девчонкой.
– Пожалуйста, простите меня за глаза. Я не контролировала себя в тот вечер, в чем раскаиваюсь до сих пор. Больше я так не делаю.
– Знаю. Теперь ты все делаешь иначе, лучше. Масштаб другой.
– Госпожа Ариана, если не возражаете, я хотела бы кое-что у вас спросить. Мне необходимо прояснить некоторые детали вашей дальнейшей биографии. И если вы пойдете навстречу, я буду вам безмерно признательна. Вы не против?
Госпожа Ариана не против, у нее все равно нет выбора. Она рассказывает Дженне историю своей жизни и службы, историю всего, что происходило после закрытия клиники АР. Особенно подробности последней работы на госпожу Линкольн, которая чуть было не привела к разглашению крайне интересных и опасных фактов о грядущем Верховном Комиссаре.
– Мне жаль, что я не успела. Тогда не успела. Но успела сейчас. И ты знаешь о чем я, девочка моя. Ты предприняла невероятные усилия чтобы скрыть свое прошлое, стереть его вместе со всеми, кто хоть что-либо знал. Долгое время я была последней. Но теперь уже нет, есть еще. Они знают. Я рассказала им все. И я хочу, чтобы ты знала об этом…
Ариана улыбается Дженне разбитым лицом.
– Вы рады?
– Необычайно. Рада что сумела навредить тебе, что сумела причинить ущерб. Рада, что дала твоим врагам шанс избавить наш мир от тебя.
– Ольга знает далеко не все.
– Узнает, со временем. Она упорная, они все такие. Словно крысы, всегда дерутся до последнего. И ты, Дженна, ты никак не можешь избавиться от этих крыс. А вооружившись моими воспоминаниями, они смогут укусить тебя еще больнее.
– Жаль, что вы все воспринимаете именно так. Я ведь не была вашим врагом.
– Не была. Но стала. Стала врагом для всех. И знаешь что еще, Дженна? Тебя это порадует. Зная, кем ты стала и что сделала, я рада еще одному своему поступку. Долгое время я стыдилась, а теперь рада. Я рада, что убила твою Энни, раскрасила серые больничные стены ее мозгами. Убила твою любовь. Надеюсь, тебе понравилось, ты…
Ариана не может закончить, ибо сокрушительный удар в солнечное сплетение едва не обрывает ей жизнь. Вскочив на ноги и отшвырнув тяжелый стул, Верховный Комиссар нависает над пленницей, дав возможность Ариане второй раз в жизни увидеть необычайное, невозможное зрелище. Увидеть Дженну Донован в гневе, в сатанинском бешенстве. Но прекрасное видение в умирающем мозгу истерзанной женщины длится лишь мгновение. А затем оно исчезает, как короткий сон, и Ариана возвращается в реальность, в которой Дженна все так же восседает за высоким стулом, и пальцем ее не тронув. Она не получит легкой смерти.
– Спасибо, что напомнили, а то я уже начинаю забывать Энни, как бы ни прискорбно. Хорошо, что еще хоть кто-то помнит. Спасибо вам.
– Пожалуйста. А теперь, девочка моя, сделай еще одно доброе дело. Сделай мне кровоизлияние в мозг, как ты умеешь. Убей старую сволочь, что лежит пред тобой. Давай, отомсти за свою растоптанную любовь. Убей меня!
Вместо удара милосердия Дженна склоняется над Арианой и жарким, страстным поцелуем запечатывает ее окровавленные губы.
