Восемнадцатого августа наступление на орловском направлении было закончено. Гитлеровская армия потерпела очередное сокрушительное поражение. Все попытки немцев вернуть утраченную инициативу не увенчалось успехом. Господство в воздухе осталось за советской авиацией…
А наступление продолжалось. Младший лейтенант Гудимов продолжал командовать эскадрильей. Командование Центрального фронта получило задачу развивать наступление на Гомель. Шестнадцатая армия готовилась поддерживать наступающие войска…
Младший лейтенант Гудимов летел на своем «Яке». За ним Бубенчиков – ведомый. И еще две пары сзади на среднем ярусе. Полет очень серьезный, и отношение к нему соответствующее. Хотя для постороннего наблюдателя летчики могли показаться сумасшедшими. Артем держал свой деревянный самолетик за хвост, за ним шел ведомый на таком же самодельном макете. И еще четыре летчика эскадрильи дополняли «боевую» четверку. А другие шесть пилотов изображали нападение немецких истребителей. «Мессеры» и «фоккеры». Выражение лиц предельно серьезное. Появись сейчас здесь какой генерал, эскадрилье младшего лейтенанта Гудимова был бы немедленно присвоен номер «шесть». По аналогии с палатой того же номера…
Но на самом деле учебный класс не имел ничего общего с палатой номер шесть. Да и класса как такового не было. Зеленая полянка в уютной березовой роще, стол с конспектами под охраной автоматчика. Артем – старший группы. Бубенчиков надежно его прикрывает. Остальные «наши» летчики в точности следуют замыслу боя и выполняют поступающие от него команды.
Атака немецких самолетов успешно отражена. Артем садится за стол. Вокруг него прямо на траве рассаживаются летчики. Тактическое занятие продолжается.
– Эшелонирование по высоте важнейший принцип воздушного боя… – учил он. – Как и взаимодействие между истребителями различных модификаций…
Отличившиеся летчики его эскадрильи были награждены, повышены в звании. Бубенчиков стал капитаном, заработал орден Боевого Красного Знамени. Артем же так и остался младшим лейтенантом, и наград никаких. Видимо, негласно действовало проклятие, наложенное на него особым отделом Сталинградского фронта. Сейчас этот фронт назывался Южным и под прикрытием авиации все той же восьмой воздушной армии действовал под Ростовом-на-Дону. Далеко отсюда, а проклятие действует. Все представления на него теряются где-то на уровне штаба воздушной армии. Ну и ляд с ним. Главное, что он жив. Главное, что может воевать и вести за собой в бой целую эскадрилью. Его боевой опыт и авторитет важнее всяких новых орденов и званий.
Две недели назад эскадрилья была доведена до ста процентов соответствия штатному расписанию как по технике, так и по летному составу. Все семь человек пополнения прибыли из летных училищ. В основном младшие лейтенанты. Уровень подготовки – «взлет-посадка». Даже два месяца обучения в запасном полку ненамного повысили этот уровень. Вот и приходится вдалбливать им в голову ратную науку. Времени на обучение катастрофически не хватает. Поэтому занятия приходится вести чуть ли не круглые сутки. И «стариков» тоже приходится гонять как сидоровых коз, чтобы не расслаблялись. Но это необходимо. Тяжело в учении, меньше потерь в бою…
– Атакуя наши смешанные группы, противник нередко прибегает к применению взаимодействующих между собой истребителей «Мессершмит» и «Фокке-Вульф». При этом первые выходят на верхний ярус, чтобы связать боем истребители сопровождения. Тем временем «Фокке-Вульфы» более нижнего яруса стремятся атаковать прикрываемую группу. Для отражения атаки противника необходимо четкое взаимодействие между истребителями прикрытия. Этого взаимодействия, товарищи, мы и добиваемся… Прошу подойти к плакату…
К организации занятий Артем относился с большой ответственностью. Приходилось по ночам составлять конспекты, создавать схемы воздушных боев, которые затем наносились на плакат художником из технического состава эскадрильи. И ватман попробуй-ка, достань. Но кто ищет, тот всегда найдет…
Плакат был закреплен на ветке дерева. Лесная школа советских летчиков. Только дятлам здесь не место.
