Она сделала вид, что хочет продолжить уборку. И пока сгребала кучку пыли в мятое ведро, решила, что будет драться, насколько хватит сил. Но… ничего не происходило. Когда Полина разогнула спину, то увидела, что десятник ушел. Через неделю ее перевели в контору письмоводителем. Еще через пару дней заявился и «благодетель», постоял, вздыхая, распространяя вокруг себя запах дешевого одеколона. Полина с трудом сдержала усмешку, этот человек больше не был ей страшен. Обыкновенный, изголодавшийся по бабе мужик, огрубелый и забывший, как собственно, бабу эту пристойно охмурить.
— У меня обед через час, — сказала она ему, — Только в столовую не охота, мутит уже.
Разумеется, он накормил ее из своих запасов — все десятники воруют, и этот был не исключение. Разумеется, Полина не корчила из себя недотрогу и честно расплатилась собой. Она не хотела, чтобы «тюремный роман» был долгим, и ее желание исполнилось. Через месяц, не больше, десятник оставил ее в покое. То ли охладел, заведя себе новую подругу, то ли, что вернее, иссякли силы, растраченные на темперамент Полины.
Прошли еще семь ровных, спокойных лет, Полина поднаторела в бухгалтерии и стала почти незаменимой в конторе. Она уже не ощущала свою несвободу и известие об освобождении поразило ее. Что же она будет делать, куда ей податься? Может, остаться вольнонаемной здесь, в Управлении народными стройками Магистрата? Она было решила так и поступить, но какой-то таинственный инстинкт, крупица памяти о воле, которой и было у нее всего ничего со дня исцеления в ГИН, внутренний голос, понимай как хочешь… нечто заставило ее торопливо собраться, купить билет в Майю (на что ушли почти все деньги, выданные «на выход») и уехать первым же поездом. Куда? Что ее там ждет? Родных у нее нет…. а если и есть, то вряд ли она их когда-нибудь отыщет. После перенесенной одиннадцать лет назад болезни Полина смогла с трудом вспомнить свое имя, но память о прошлом утратила, как показало время, навсегда.
— …Кто вас пропустил? — похожий на хорька Зандер оторвался от беседы с благообразным молодым аристократом, которого называл «господин Сейдеш» и грозно глянул на Полину. А худощавый крашеный брюнет с физиономией старого сластолюбца — его партнер Гуттантиз, в который раз оглядел Полину с головы до пят и скорбно поджал губы. Десять минут назад Полина, пряча голову в плечи и трясясь от страха, изо всех сил жаждя остаться незамеченной, проскользнула мимо охраны на входе. Ее не остановили — повезло и, ободренная этим, Полина на беду, честно рассказала, что недавно отбыла повинность, что не помнит юности… Дальше она могла не продолжать — умственно недостаточная девушка хочет места секретаря, ха, ха… Густо краснея, Полина встала, извинилась за неуместное вторжение. Гуттантиз вежливо проводил ее к выходу.
— Скажи охране, пусть не пускают, кого попало! — крикнул вслед Зандер, одновременно угодливо пожимая руку господину Сейдешу.
Гуттантиз попытался вложить пятидесятиреаловую купюру в руку Полины, она сердито отвергла его любезность.
— Милостыньки не прошу! Это вы скоро по миру пойдете, когда тот жулик вас обстругает!
Через день утром в скромную гостиницу, где она остановилась, посыльный принес письмо.
«Зандер & Гуттантиз. Торговля мебелью»
Достопочтимая миз Ждан! Вы приняты делопроизводителем в нашу фирму с завтрашнего числа. Начало рабочего дня в 8.00.
С искренним уважением, Эд Гуттантиз, старший компаньон. 11 мая 1371 года.
Спрятав письмо в карман, Полина отправилась, ужасно довольная, на первую в своей новой жизни свободную работу, успев как раз вовремя.
Гуттантиз встретил ее любезной улыбкой. А Зандер молвил хмуро:
— Я больше не спрашиваю, как вы улестили охрану на входе, они отпираются от всего. Но откуда вы узнали, что Сейдеш — аферист?!
Через пять лет уже давно хворавший Зандер отошел от дел, и Полина окончательно заменила его, сделавшись полноправным компаньоном Эда Гуттантиза. Она всегда умела оказаться в нужном месте и в нужное время, говорила с нужными людьми и именно о том, о чем нужно.
— Деточка моя, — молвил как-то восхищенный Эд, — Это счастье, дар Божий, что мы тебя нашли! Без тебя мы давно бы пошли ко дну.
Сказал он это 21 аполлона 1376 года, и Полина запомнила дату, потому что в этот день ей повторно довелось услышать те же самые слова. После обеда ей позвонили, она только-только собиралась уехать из офиса по делам.
— С вами говорят по поручению директора ОСС. Запомните адрес. Вас ждут через час.
