Они познакомились в детском саду. Алиса до сих пор не понимала, как в четыре года смогла рассмотреть и запомнить Его черты: большие зелёные глаза, тёмные волосы, худощавость и озорную улыбку. Улыбку, кстати, запомнила больше всего. А ещё виноград. Он держал веточку с зелёными ягодами и в ответ на невнятное «привет», протянул несколько горошин.Благодаря Ему завязалась дружба, и благодаря Ему в сердцах зародилась жгучая ненависть. Не видеться несколько лет – подарок свыше, но судьба столкнула их лбами, напоминая, насколько ненавистен бывает вкус любимых ягод.18+ НЕЦЕНЗУРНАЯ ЛЕКСИКА!
— Отличная вечеринка!
Алиса отстранённо кивнула и вжалась в спинку кресла.
Да, вечеринка отличная: громкие музыкальные хиты сотрясали стены дома, пьяные знакомые лица забавляли своими попытками продемонстрировать навыки танцев, и алкоголь лился рекой прямиком в красные пластиковые стаканы.
Один из таких стаканов сжимала в пальцах Алиса с такой силой, что содержимое норовило вылиться через края.
— Последний год остался.
Подруга сказала что-то ещё о последнем учебном годе, но Алиса не вникла в смысл слов. Даже не пыталась. Слова пролетали мимо ушей и, чтобы не обидеть подругу, была вынуждена кивать каждую секунду.
Кивок.
«Да, я полностью с тобой согласна».
Ещё один кивок.
«Да-да, я внимательно слушаю. Продолжай!»
Алиса спряталась за красным стаканом, делая маленькие глотки алкоголя, и чувствовала, как по венам циркулировала горячая кровь. С каждым ударом сердца кровь становилась горячее.
Буквально кипяток, отчего стало невыносимо сидеть на месте. Хотелось окунуться в прорубь и не ощущать, как внутренний пожар разрывал сосуды, разъедал внутренности.
Девушка в панике уставилась на дно стакана, в котором не осталось ни капли, и медленно выдохнула.
Удивительно, но никто не заметил языков пламени, покинувших тело девушки, и ожогов, оставленных на губах.
«Ты была готова к этому, Алиса».
Да, она готова.
Подняла взгляд со дна стакана и уставилась на дверной проём, через который прошла миловидная девушка, а следом за ней Он.
Крепко держал за руку. Их пальцы срослись, иначе не объяснить, как удавалось сохранять телесный контакт, при этом отвечая на приветственные объятия многочисленных знакомых.
Алиса моргнула.
Парочка прошла к дивану, на котором тут же освободилось два места, но им не требовалась такая роскошь. Одного места было вполне достаточно, ведь девушка проигнорировала мягкий диван, предпочитая колени молодого человека.
Алиса моргнула ещё раз. Ведь необходимо моргать, чтобы глаза не высохли к чёрту? Да, необходимо.
Алиса заморгала чаще и мысленно выругалась, понимая, что перестаралась. Глаза не высохнут хотя бы потому, что в них скопились слёзы. Предательские слёзы.
— Хочу ещё выпить! — с преувеличенной весёлостью воскликнула Алиса и подскочила с кресла. Оно тут же было занято, но к тому моменту Алиса уже стояла у камина и тянулась к полке, на которой стояла початая бутылка текилы.
— Помочь?
Влажная ладонь накрыла её поясницу именно в том месте, где оголился участок кожи. Кофта задралась, пока девушка пытливо дотягивалась до бутылки, чем и воспользовался непрошенный помощник.
Алиса резко отстранилась от Блейка, показано оправив полы кофты, и кивнула:
— Буду благодарна.
Блейку, в отличие от девушки, не пришлось вставать на цыпочки, он даже руку едва ли вытянул, чтобы достать заветную бутылку.
— Спасибо, — улыбнулась и подставила свой стакан, с маниакальной внимательностью наблюдая, как его наполняла жидкость. Уж лучше так, нежели сверлить глазами смеющуюся парочку.
Им весело? Конечно, это же вечеринка. На вечеринках не принято грустить.
«Тогда почему мне так тошно?»
Алиса подпёрла локтем выступ камина и покосилась на притихшего Блейка.
«Скажи что-нибудь. Скажи!»
Как бы девушка мысленно не молила Блейка, он продолжал молчать и кивать в такт звучащей на весь дом песне. А ей так хотелось, чтобы разговор избавил от потребности скосить глаза на парочку. Избавил от желания посмотреть на молодого человека, который одним своим присутствием вынуждал кровь бурлить от ненависти.
Ненависть.
Громкое. Страшное слово.
Однако именно его претерпевала Алиса, находясь в одном помещении с Ним. Она ощущала себя вулканом в преддверии извержения: все чувства, вся палитра эмоций, все гнетущие мысли в любую минуту могли излиться на поверхность.
Точно магма становится лавой, оставляя после себя мертвенный пепел.
Блейк наслаждался песней и не заметил, как Алиса метала молнии в сторону парочки. Как цеплялась за тонкие пальцы девушки, перебирающие на затылке вьющиеся волосы своего возлюбленного.
Как она ёрзала своими бёдрами на его коленях и посмеивалась в его ухо. Она касалась губами мочки, шеи и линии подбородка. Она чувствовала колкость щетины?
Да. Это приятно и возбуждающе. Так же приятно и возбуждающе, как ощущать на своих бёдрах мужские пальцы: такие длинные и аккуратные. Аккуратный маникюр и настолько безобразное покрытие ногтей чёрным лаком.
Ей нравились красивые пальцы, а Его пальцы назло были именно такими, какие ей нравились. В обрамлении массивных колец и печаток. В обрамлении извилистых вен, лианами поднимающихся вверх по кистям, предплечью и выше.
Алиса сделала долгий глоток текилы и поморщилась. Не из-за убойной дозы алкоголя, а потому что ей не хотелось рассматривать Его.
Не хотелось подмечать детали, которые подтверждали неоспоримый факт — с каждым годом он становился красивее. Он становился старше, оттого ещё притягательнее: огрубевшие черты лица, жилистое тело, холодные глаза и вежливая улыбка.
