– Ну ладно, ладно, – пошел на попятный Борис, – не всегда, конечно. Но я же не про это говорил совсем. Я же про город. Неужели я не мог родиться в другом городе?
– А ты уверен, что там бы ты получил этот же номерок? – вкрадчиво спросил котенок.
– А что? Ира бы тоже могла там родиться, и мы бы встретились…
– Как у тебя все просто! Могли бы.…Встретились. Нет, Боренька, все гораздо сложнее, гораздо! Ты даже представить себе не можешь, насколько малы были у вас шансы. Ничтожно, бесконечно малы! – улыбнулся, обнажив клыки, и отчеканил. – И ни в каком другом городе вы бы не встретились. Ни-ког-да!
– Почему? – растерялся Борис.
– Потому! Извини, но у тебя знаний не хватит, чтоб это понять. И твой Нефтяной институт не поможет. Так что просто поверь и все!
– И что же теперь нам делать? – не удержался Борис.
– Жить, – ответил черный котенок. – И выживать.
Хмурым декабрьским утром Борис последний раз приехал на завод.
Не озарило его никакое политическое прозрение, не открылось внезапно будущее – просто подошел очередной отпуск. Да и трудовую книжку он решил забрать так, на всякий случай. Ольга Ивановна, уже отошедшая от случая с самолетом, вновь превратилась в идеал чиновника и книжку просто так отдавать не хотела. Вроде и понимала все, но и ответственности лишней брать не желала. Слава богу, Борис прекрасно знал начальника отдела кадров, и через десять минут книжка была у него на руках.
– Что, взяли? – как ни в чем ни бывало, спросила в коридоре Ольга Ивановна. – Ну и правильно: кто его знает, что дальше будет.
Борис по привычке зашел в цех попрощаться, там еще оставалось человек десять. Делать им было нечего – цех давно стоял – и народ откровенно маялся. Теперь не было даже привычного за последнюю неделю сомнительного развлечения – залезать на колонну и следить за самолетами. Министр обороны, наконец, вспомнил, что самолеты были не турецкие, а все-таки российские. Сделал он это мимоходом, никаких пресс-конференций на это раз не собиралось, и телевидение об этом не трубило ежечасно, что тоже можно понять – ну что тут такого. Подумаешь, не разобрался сразу: самолетов-то много – за всеми не уследишь. А что знаков отличия не было – так их, наверное, просто не успели нанести. После покраски.
Почти все оставшиеся в цехе мужчины сидели в курилке и, судя по дыму, сидели здесь давно и прочно. Бориса никто не заметил: спор был в самом разгаре, и спор нешуточный.
– Да я тебе и сотый раз скажу – это невозможно! – горячился полный мужчина. – Невозможно!
– Как же невозможно, когда все видели? – ехидно спросил лысый слесарь, которого, не смотря на почти пятьдесят лет, все звали Володей.
– Что видели?
– Ну не тебя же? – Володя довольно усмехнулся. – Танки видели с оторванными башнями.
– И что? Что из этого следует? – упрямо спросил полный.
Борис закурил сигарету, присел на краешек лавки. Этот спор он слышал уже несколько дней, он даже знал, что будет дальше. Сейчас Володя скажет про прокурора.
– Вот прокурор! – объявил Володя. В курилке засмеялись. – Что следует, что следует! Что их подбили, следует, что же еще.
– А из чего?
– Из рогатки! Из гранатомета, из чего же еще!
– А башня почему отлетела?
– Почему, почему.…По кочану! Потому что снаряды сдетонировали.
– Боекомплект.
– Вот зануда! Ну, пусть боекомлект.
– Сдетонировал?
– Сдетонировал!
– От РПГ?
– От КПСС! – захохотал Володя. – Конечно от РПГ!
– А я тебе говорю – это невозможно! – повторил полный. – Чтоб сдетонировал боекомплект заряд нужен гораздо больший, чем у разового штатного выстрела из РПГ. Да и не пробьет он броню.
– Слушай, слушай, Володя, – вмешался подзадоривая еще один. – Петрович знает, он до капитана дослужился. А ты в стройбате ничего, кроме лопаты не видел.
В курилке засмеялись. Володя порозовел.
– Из чего же их по-твоему подбили? Из пушек? А ты передачи видел, где чечены показывали, куда надо стрелять, чтоб и броню пробить и боекомплект подорвать? Капитан хренов!
– Пусть они там хоть что показывают! – отрубил Петрович. – Есть законы физики, термодинамики, и их не изменить. Бортовую броню Т-80 РПГ-7в штатным выстрелом не берет даже без фальшборта.
– Значит, невозможно?
– Невозможно!
– И нам все померещилось?
– Володя, ты что осел? – побагровел Петрович. – Я же тебе русским языком говорю – штатным выстрелом не пробить. А вот модифицированным, наверное, можно. Понял?
Володя только этого и ждал.
– И где же их мо-ди-фи-ци-ро-вали? Не иначе в секретных лабораториях завода «Красный Молот»? А чего, автомат «Борз» заделали же. Из него даже из-за угла стрелять можно. А знаете почему? Потому что дуло кривое. Ой, извините товарищ капитан – ствол!
– Ты точно дурак, Володя! На каком «Красном Молоте»? Все лаборатории сейчас за океаном!
– Ну, ты Петрович даешь! По-твоему Дудаеву американцы секретное оружие поставляют? А мы, придурки, думали, это ему Грачев оставил.
В курилке вновь с удовольствием засмеялись. Петрович обиженно замолчал, раскуривая погасшую самокрутку.
