Поднос опустел, и он направился к двери. Крат и Бирг уже стояли там. От двери можно было в относительной безопасности наблюдать за развитием событий и скорейшим образом реагировать. Бог Сражений! Сколько же сегодня громил, все шкафы как на подбор. И все же… все же в животе не возникало ощущения сжимающегося комка, какой появлялся еще два месяца назад. Неужели можно просто устать от драк? Не испугаться, а именно устать? Может быть, стоит денек передохнуть? Или это тоска по морю?
Битбал прислонился спиной к стене и, сложив руки на груди, вздрогнул от боли: задел разбитые костяшки пальцев. Это произошло два дня назад. И звон в правом ухе… четыре дня назад или, может быть, пять? Незаметно, чтобы публика успокаивалась.
В городе стояло китобойное судно и набирало команду.
Он подмигнул Биргу и Крату, они в ответ подали знак, что готовы и полны решимости действовать. В зале все ходуном ходило, как шлюпка в северо-западных водах, — теперь уже недолго. Откуда, интересно, все начнется? Например, тот в заднем углу, джинн-полукровка, уже дошел до кондиции, вот-вот кому-нибудь вмажет.
А потом дверь распахнулась. Вошли трое.
О Всемирный Порядок!
Один из них — исполин-джотунн, больше тролля, средних лет, изуродованное лицо все в татуировках. Чтобы джотунн носил егерский наряд? Кричащих расцветок, словно малокровный эльф? Бог Кровопролитий! Битбал пересмотрел свое мнение о том, откуда начнется действие. Волосы у него на затылке встали дыбом, и он пожалел, что стоит так близко к этому месту. Вошедшие остановились рядом с ним, в круге яркого света. На них постепенно переключалось все внимание завсегдатаев, и шум в комнате начал стихать.
А второй джотунн, с седыми моряцкими усами, рядом с Биргом, тоже вырядился не пойми как. Это что — массовое самоубийство? У него же вид, словно он вошел первый раз в порт и ему все нипочем, драться готов с кем угодно.
Крики почти смолкли. Публика в задних рядах привстала со стульев, чтобы получше видеть. Пьяницы протирали глаза. Те, кто уже успел вцепиться друг дружке в глотку, обменялись улыбками, предвкушая развлечение поинтереснее. Теперь любая искра… Битбал начал обдумывать план отступления. Вкус победы, конечно, сладок, но ведь могут и насмерть затоптать, а это не так приятно.
Один из троих повернулся к нему и улыбнулся.
Битбал думал, что за шесть месяцев беспорочной службы в «Стальных наручниках» он повидал все, но эльф был новостью. Трехсторонний договор насчет самоубийства, не иначе. Оставалось только выяснить, эльфийская кровь на полу засыхает такими же темно-коричневыми пятнами или как-то по-другому.
— Простите, — прозвенел эльф, — я полагаю, что в это время лавки, торгующие одеждой, уже закрыты, не так ли?
Так, значит, разноцветные платьица запачкались и красотулька желает купить новые, получше и поярче? От него так и несло лошадиным потом, различимым даже среди вони кабака.
— Наверняка.
Странно… обычно при виде эльфов с их кудряшками у Битбала чесались кулаки. Но у этого паренька была какая-то обезоруживающая кривоватая ухмылка.
— Просто мои друзья хотели бы одеться во что-нибудь менее вызывающее.
— Сынок, если хочешь совета…
— Да, хочу. В любом случае не думаю, чтобы у портного нашлись подходящие размеры. — Эльф нахмурился. — Об этом хорошо бы подумать. Ну, а вообще-то я ищу салун для эльфов.
— Салун для эльфов? — Должно быть, из-за звона в ушах Битбал чего-то не расслышал. — Ты что сказал — «салун для эльфов»?
— Я хотел сказать — найдется здесь какое-нибудь заведение, где эльфу можно выпить?
— Только не здесь, — пробормотал Битбал. Вокруг было тихо, как в склепе. Полный идиотизм: мало того, что он беседует с эльфом, так еще все это видят. Слышно, как сжимаются кулаки, слышно, как стучит в жилах кровь. — Никогда не встречал эльфов рядом с доками.
— Тогда где же?
— Не знаю. Там, где театры, может быть?
— Ну, говори, где это… да поживее!
Морской зеленью и небесно-голубым сверкнули глаза эльфа. Золотом отливали в свете лампы его волосы, выбивавшиеся из-под шапочки.
— Не знаю, — тупо пробубнил Битбал.
Он весь взмок. Сейчас «Стальные наручники» взорвутся, и начнется куча мала. Он чуял: вот-вот. Этот малыш-эльф поднес запал к пушке, а Битбал ему помогает. Ну почему, почему он просто не взял этого выскочку за шкирку и не вышвырнул его за дверь? А Крат и Бирг справились бы с двумя джотуннами. Вместо этого он простонал:
— Сынок, для твоей же пользы — уходи отсюда, пожалуйста. Скорее.
— Сначала скажи, где салун для эльфов?
Битбал и представить себе не мог салун для эльфов.
— На запад до площади, потом северо-запад, там на развилке ложись на правый борт и вперед, потом снова возьми запад и дойдешь до башни, оттуда другим галсом — возьмешь севернее — и примерно три кабельтовых до театра. Вот и все, чем могу помочь, сударь.
С каких это пор он называет эльфов «сударями»?
— Спасибо. Пошли, парни.
Эльф повернулся. Его товарищи последовали за ним.
Сзади кто-то свистнул.
Двое джотуннов обернулись, чтобы поглядеть, кто там свистит.
Свист, а потом…
