Поднявшись на третий этаж, Диану с Эванжелиной встретили двое служанок, которые оповестили девушек о том, что их комнаты готовы. Также они поинтересовались, собираются ли леди, включая мистера Колтрейна, спуститься к ужину. Эванжелина решительно ответила, что с удовольствием бы отужинала сочной куриной грудкой в грибном соусе у себя в комнате, если предполагается такая возможность. Диана, склонив голову вежливо произнесла, что не голодна. Терри же, несмотря на желание остаться в компании сестер не мог отказаться, поскольку Колтрейны ужинали всегда вместе, а отказы считались дурным тоном. Поэтому он скорее поспешил к гостям, пока Эва с Дианой осматривали свои комнаты. Спальни девочек находились напротив друг друга. В центре обеих комнат стояла большая двуспальная кровать, аккуратно застеленная белым постельным бельем с кружевами и золотой вышивкой. Ложе украшали по пять расписных подушек и шелковое покрывало, которое по достоинству оценила Диана, любившая дорогую ткань. В каждой комнате стоял туалетный столик с огромным зеркалом, а на стенах висело несколько картин, которые дополняли образ обеих спален. Осмотревшись, Эва неуклюже упала на кровать, при том сбив все подушки.
Осмотрев свою комнату, Диане сразу полюбилось зеркало, а также коллекция вееров разных эпох, которые украшали столик своим присутствием. Взяв один из них, девушка решила позволить себе мелкое баловство. Она закружилась в центре комнаты, при том говоря фразами высокого общества, представив себя на приеме у Королевы. Услышав громкий голос сестры, которая слишком увлеклась своим занятием, Эва осторожно прокралась к ней в комнату. Пройдя позади нее, она спряталась за шторой и принялась наблюдать за Дианой, еле сдерживаясь от смеха.
– Благодарю вас, сэр. Вы так любезны! Еще один танец? С удовольствием! – с выражением проговаривала Диана, помахивая веером. Но вскоре ее речам пришел конец, так как в комнате появились двое служанок с ужином, при виде которых Эва вышла из-за шторы, застав шокированное лицо сестры.
– Спасибо, – стараясь сдерживать смех, поблагодарила Эванжелина, переводя взгляд на аппетитный крабовый салат.
– Мисс Эванжелина, ужин оставить в комнате мисс Дианы?
– Да, пожалуйста, – ответила Эва, взяв веточку винограда из фруктовой тарелки. – Прошу прощения, вы случайно не видели Терри? – добавила она.
– Мистер Колтрейн просил передать, что вскоре он к вам присоединится.
– Вы очень любезны, – поблагодарила Диана, убрав на место веер, который она держала в руке. Как только головы служанок скрылись за дверью, Эванжелина залилась смехом, а лицо Дианы стало похоже на красный гранат.
– А ты неплохая актриса, – растянувшись на кровати, сказала Эва.
– Ты не должна была врываться сюда! Слезь, – толкнула Диана сестру.
– Ладно, не буду задевать твое самолюбие, – с улыбкой ответила Эва, предложив сестре виноград.
– Забудь обо всем, что видела здесь, – скрестила руки на груди Диана.
– Ни за что! – смеясь, ответила Эва. – Диана, мне срочно нужно перо! Перо и бумага! Скорее, пока мысль не покинула мою голову! – добавила Эванжелина, встав с кровати и начав исследовать туалетный столик. Довольная желаемой находкой, она быстро начала писать, тем самым заинтриговав сестру.
В эту же самую минуту Колтрейны ужинали вместе с Бейкерами, любезно составившими им компанию, включая Терри, который умело поддерживал разговоры, но искал любой повод выйти из-за стола. Леди Колтрейн пригласила музыкантов, желая послушать золотую симфонию скрипачей и виолончелистов. Миссис Бейкер составила ей компанию, пока лорд Колтрейн распивал дорогое вино с мистером Бейкером, рассказывая ему об истории Эбботсфорда. Глядя на них Терри понимал, что сейчас самый лучший момент для того, чтобы удалиться. Поблагодарив за столь деликатесный ужин, Терри поднялся наверх, проходя мимо спальни Дианы, из которой доносился смех Эванжелины. Услышав знакомые шаги, Эва открыла дверь.
– Терри, как хорошо, что ты тут! – восторженно произнесла она. – Заходи, мне нужен еще один актер, – взяла его за руку Эванжелина, и не дождавшись ответа, потянула за собой. Оказавшись в комнате, удивлению Терри не было предела, поскольку некогда изящная спальня превратилась в настоящий «беспредел» или театральную сцену, которую вопреки недовольным возгласам Дианы, Эва решила реконструировать, дабы воплотить свою идею в жизнь.
– Боюсь спросить, что здесь произошло в мое отсутствие, – едва слышно произнес Терри, оглядев комнату.
– Совершенно ужасная затея! И почему тебе не сидится на месте! – возмущалась Диана, собирая упавшие веера.
– Леди Мальберн, вы молчите! Вот ваши слова, а вот слова Терри, – распоряжалась Эванжелина, стоя на кровати.
