Грозовой удар полностью

Он покачал головой.

— Должно быть, у нас очень сильная связь.

Я ничего не ответила.

— Не беспокойся. Я ничего не сделаю без позволения твоего любимого, — пошутил он.

— Ха-ха-ха-ха, — саркастично рассмеялась я, когда наши пути разошлись, и прошмыгнула через главный вход в столовую.

Этим вечером, когда Сэмми ушла на репетицию в драмкружке, я усадила Бекки рядом с собой на диван. Она удивлённо посмотрела на меня, потому что я никогда так не делала.

— Мне нужно тебе кое-что рассказать, но обещай, что ни слова не скажешь Сэмми.

— Обещаю, — сказала она, не раздумывая.

— Я знаю, кто мой дракон.

У нее округлились глаза, и я уставилась в эти два блюдца.

— Кто? Откуда ты узнала?

— Пол — телепат. Он признался мне в этом сегодня после искусства воины, на котором отказался спарринговать со мной.

— У Виверн бывают всадники? — в шоке спросила она. — Ты сказала Мастеру Лонгвею?

— Черт, нет, Пол думает, что я ещё не готова. Именно поэтому он и не хочет драться со мной. Факт в том, что я слышу его в своей голове… У нас сильная связь, Бекки.

— И на что это похоже?

— На греческий язык, — сказала я, и мы рассмеялись.

— Он тебе нравится?

— Я не знаю… Вокруг него та же аура таинственности, что и у Блейка. Я чувствую, что меня тянет к нему, но, в то же время, внутри все сжимается в тугой узел, словно предупреждая о нем. Кажется, он знает, что я слышу его, и ничто из сказанного мною не удивляет его.

Бекки засмеялась.

— Дракон всегда знает, кто его всадник, Елена.

— А Джордж знал?

Она кивнула.

— Он сказал, что узнал об этом в ту же минуту, когда я вышла из повозки в свой первый день.

— Почему он ничего не сказал?

— Он Хроматический дракон. Ты, правда, думаешь, что они пойдут и выдадут, кто их всадники? Поверь мне, они скорее предпочтут, чтобы их избили, чем признаются в этом.

— Это бессмысленно.

— Все бессмысленно, если это касается Хроматических драконов. Что Люциан говорит по поводу всего этого?

— Он в ужасе, — вздохнула я.

— Твой дракон — Виверна. Это какой-то бред, — сказала Бекки и снова посмотрела на меня. — Люциан рассказал тебе о…?

Я кивнула.

— Это ужасно. Он думает, что я могу заявить на него права и освободить его.

— Ты бы это сделала? Отказаться от своего дракона нелегко, Елена, особенно, если он твой дент.

— А что ещё мне остаётся, Бекки? Виверна убила Дейзи, и просить Люциана прожить с одним из них… — я покачала головой от этих мыслей. — Я не могу. Просто не говори Сэмми, — я снова подумала о Поле как о своём драконе.

— Обещаю, но нам нужно будет как-нибудь рассказать ей. Если она услышит это от кого-нибудь другого, она обидится.

— Идет, только дай мне немного времени, чтобы подумать, как это сделать.

Мне стало легче от того, что я рассказала одной из своих подруг. Бекки казалась воодушевленной, но она определённо почувствовала мое беспокойство по поводу Пола.

Забравшись в постель, я долго не могла уснуть. Сегодняшний день меня выжал, но мой разум словно очистился. Могло ли это сказаться влияние Пола?

Я не услышала его снова, закрыв глаза, и вознесла за это молитву.

Я подумала о своём предсказании.

«День настанет и пройдет.» День — это сегодня, первый день, кода я узнала, что Пол — мой дракон. «Выбор свой сделай, — это может касаться заявления на него прав, — иль правда ускользнёт,» — что Вивернам суждено быть хорошими.

Глава 19

Следующие пару дней я практически не видела Люциана. Он снова из-за чего-то пропал, это было его типичное поведение. Однажды он пропал из виду, это было в первые недели моего пребывания в Драконии. Однако на этот раз я волновалась, что его держал на расстоянии страх того, что мы с Полом вместе, поэтому грудь сжимало от чувства вины. Пробежка ослабила бы мое напряжение, но с тех пор, как мы нашли тело Дариуса в лесу, я не бегала. Когда прошло уже три дня, а я все так же не увидела Люциана, это стало меня раздражать. Я не могла понять, почему он вел себя так.

— Да куда же пропал Люциан? — разозлившись, спросила я у Бекки, когда подошла к нашему столику во время ланча.

— Успокойся, уверена, у него есть хорошее объяснение, — Бекки обняла меня одной рукой.

— Я говорила ему не делать так. Так он даст ему…

— Шшшш. Он может прочесть твои мысли, и он пялится на тебя, — не подумав, сказала Бекки, и Сэмми вскинула голову.

— Кто может прочесть твои мысли?

Я, насупившись, взглянула на Бекки.

— Рано или поздно она и так все поймет, Елена.

— Кто? — Сэмми сначала посмотрела на Бекки, а потом на меня.

— Мой дракон, — тихо сказала я, оценивая ее реакцию.

— Ты выяснила, кто это? — ее глаза засияли. — Расскажи.

— Остынь, непоседа. Это не так клёво, — защебетала Бекки.

Улыбка Сэмми сразу же испарилась, и она быстро замотала головой.

— Нет, Елена. У него не может быть всадника. Пожалуйста, скажи, что ты ему не веришь.

— Сэмми, он телепат. Это объясняет голос.

— Виверны не говорят на латыни.

Я смотрела на нее примерно минуту.

— Но он любит стихи, — сказала Бекки, и Сэмми злобно взглянула на нее.

— Нет, вы не можете ему верить.

— Сэмми…