Мы все посмотрели на входную дверь, когда Блейк вошёл вместе с Полом. Я забыла, насколько волшебным было само его присутствие. Они разбежались из-за него. Кто знает, чем бы все закончилось, если бы он не появился сегодня. Мне захотелось поцеловать его прямо там, но я встряхнула головой, и эта мысль исчезла.
— Там были Виверны, — закричал парень и бросился в их сторону. Я поняла, что он хочет ударить Пола кулаком, когда он добрался до него, но Блейк схватил его за рубашку, сказал что-то на ухо и отшвырнул его.
— Закария имеет в виду, что Рубикон теперь под пятой у Виверны, — крикнул один из преподавателей, который не вел у меня никаких уроков.
— Это ты навлек их на нас, — прокричал с пола парень, которого только что швырнул Блейк.
Сэмми нашла нас, и я схватила ее.
— Слава богу, ты цела!
— Это все неправильно, — в панике сказала она, когда Блейка и Пола окружили учителя и студенты. Мы с Бекки просто уставились на нее.
— Пол спасал нас сегодня ночью пару раз, — быстро проговорил Дин. — Один черт, он точно дракон, Елена.
— Подожди, он сражался ещё и в своей драконьей форме?
Он кивнул.
— Что ты имеешь в виду, говоря «и в своей драконьей форме»? — поинтересовалась Бекки, и я рассказала ей, что он спас мою жизнь, выпустив пару стрел.
— Хватит!!! — заорал Люциан из дальнего конца помещения. Все затихли и наблюдали, как Люциан шел к Полу. Сердце стучало все громче с каждым шагом Люциана. Я не могла на это смотреть, и понимала, что теперь Люциан и Блейк перестанут ругаться из-за Пола.
Бекки и Сэмми ахнули, и я открыла глаза. Люциан потянулся к Полу, но не с кулаками, а с раскрытой ладонью. Он ждал, когда Пол пожмет ее.
— Он не один из них. Он спас нас всех, включая меня пару раз сегодня. Каждый, кто способен убивать свой вид ради добра, заслуживает шанс, — лицо Люциана не выражало эмоций. Он устал и, вероятно, тоже испытывал облегчение.
Наконец, Пол осторожно пожал его руку. Я наблюдала за ними, пока они тихо разговаривали, и увидела, как Блейк похлопал Пола по спине.
Пол криво ухмыльнулся ему.
Я застыла. Я не могла объяснить, что произошло у меня в душе, кода Люциан дал шанс Полу.
Когда он подошёл ко мне, он обвил меня руками.
— Если ты хочешь этого дракона, бери его. Он удивительная Виверна, Елена, и я был неправ. Мне нелегко это признать.
— Я люблю тебя.
— Я люблю тебя сильнее.
Глава 21
Прошлой ночью прибыл король Гельмут с ещё примерно двадцатью людьми и драконами, которых я не видела раньше. У них было совещание, после чего добавили ещё охраны, чтобы защитить Драконию в следующие пару дней.
Пол занимал меня, пока Люциан тренировался перед третьей попыткой заявления прав на Блейка.
Честно говоря, мне хотелось узнать о Поле Саттоне побольше, раз нам придется провести вместе всю оставшуюся жизнь. Мы встречались под одним из огромных дубов, пока Люциан тренировался под куполом Парфенона.
Мы пытались выяснить, что ещё у нас было общего, и, как и я, он любил музыку восьмидесятых, и у него было мало друзей. Это стало нашим обычным местом, и, чем больше времени я проводила с Полом, тем больше он мне нравился за то, кем пытался стать.
— Хочу показать тебе кое-что, — сказал он, когда мы сели на покрывало, которое он приносил каждый день.
— Что именно?
Он вытащил красную ткань, которая закрывала что-то большое.
— Я получил это от своего деда, когда мне было около десяти лет, — он развернул ткань и показал медальон, висящий на серебряной цепочке. — Дед был похож на меня, я не совсем уверен был ли он Виверной.
Пол криво улыбнулся и передал мне медальон.
— Что это?
— Это знак дентов.
Я ахнула, когда впервые увидела их знак. Теперь я знаю, откуда Китай и Япония взяли идею для своего знака инь-ян. Они выглядели очень похожими, но вместо белого и черного с маленькими кругами противоположного цвета в каждом, в нем была каплевидная фигура дракона с человеческой головой и каплевидная человеческая фигура с головой дракона. Полагаю, головы заменяли круги.
— Откуда это у твоего дедушки?
— Это ему подарил король Альберт примерно двадцать лет назад.
— Ты знал короля Альберта?
— Если и знал, то не помню. У него была правая рука, который говорил на вивернсом языке довольно бегло.
— Вивернский — это твой язык?
Он кивнул.
— Ты меня научишь?
— Тебе не нужно учиться ему, Елена. Когда ты Взойдешь, сразу сможешь хорошо понимать его.
— Правда? — я посмотрела на него скептически.
Он кивнул.
— Думаю, можно сказать, что это особенность дента. Я до сих пор не знаю, как это называется между Виверной и наездником. Мы первые, так что полагаю, можем назвать так, как нам нравится.
— Мне нравится слово «дент». И я все еще хочу немного знать вивернский. На что он похож?
— Ты не слышала в своем подсознании, как я говорю на вивернском?
Он нахмурился.
— Не думаю, но опять же я понятия не имею, как он звучит.
— Я называю его пьяным языком, — хмыкнул он. — Почти в каждом слове есть звук «з», и когда говоришь быстро… ну ты сама поймешь.
Я рассмеялась.
— Так ты говоришь, мы будем похожи на пару выпивох, когда будем разговаривать?
— Что-то вроде того.
— Скажи что-нибудь.
