– Дурак был. Не подумал, вот и рюхнулся за тобой, мерином. Сейчас бы ни за что не полез бы, отвечаю.
– Хватит вам гнать ерунду. Вместе же воевали, а теперь собачитесь, как будто ничего не произошло и не было боев, не было крови, не было гибели стольких пацанов. Может, хватит?
– Ладно, проехали. – Колян подошел к окну, вздохнул. – Спать, что ли, завалиться?
– Телевизор посмотри.
– Ну его! Буду спать. Завтра лампасов понаедет. А че едут? Не знаешь, Кость?
– Откуда я знаю? Проведать, наверное.
– Не-е, просто проведать мы им не нужны, здесь че-то другое. А в общем, какая разница?
– Мне тут, Коль, пацаны из школы книгу при несли, про разборки бандитские, возьми, почитай.
Колян посмотрел на Гольдина так, словно тот предложил по меньшей мере проглотить жабу.
– Сказал тоже, книгу. Я их в жисть не читал, кроме одной, да и ту не до конца.
– Не любишь книги? – удивился Гольдин.
– Нет! – отрезал Николай.
– А что за произведение ты все же пытался про читать?
– «Мешок яблок».
– Кто автор?
– Да че пристал? Откуда я знаю? Это в детстве было.
– И после этого так ничего и не читал?
– Нет, не читал... – Колян отвечал на вопросы автоматически, думая о чем-то своем, – или все же принять на грудь? А, пацаны?
– Не стоит, лучше уж ложись спать.
Николай еще немного побродил по палате, наконец махнул рукой, приняв окончательное решение. Упал на кровать, повернулся к стене и быстро, как умел, наверное, он один, уснул.
Трудовое утро следующего дня в госпитале началось задолго до официального «подъема» личного состава. И хотя посещение высокими чинами планировалось в одном отделении, но, кто знает, может, свита решит обойти весь комплекс. Тем более что представитель президента – сам в недавнем прошлом командующий военным округом и непосредственный руководитель боевых операций в Чечне. Да и нынешний командующий – человек строгий и дотошный. Эти люди вполне могли посетить все объекты.
В отделениях накануне заменили постельное белье, выдали новые пижамы. Сейчас заканчивали наводить марафет на территории госпиталя, который вообще-то всегда поддерживался на уровне.
Полковник Старча зашел в палату, поздоровался и внимательно посмотрел на Горшкова. Тот встал.
– В порядке я, товарищ полковник.
– Вижу, молодец! Так, ребята, насколько я знаю, высоких гостей интересуете в первую очередь вы, военнослужащие легендарной пятой роты. Вам будут вручать, награды, подарки, снимать для телевидения. Вы уж приведите себя в порядок, на всю страну покажут. И пободрее, чтобы родные успокоились. Им уже сообщили о том, что вы живы, и, думаю, совсем скоро пожалуют в гости. Так что сами понимаете.
В палату вошли четверо. Представитель президента, командующий округом – их лица и имена были известны всей стране, начальник отделения, полковник Старча и, что приятно удивило ребят, подполковник Смирнов, их бывший командир, он был в штатском и с тростью. Начальник отделения представил больных. Костя с Гольдиным лежа поприветствовали высоких гостей, Колян стоял навытяжку возле кровати. Представитель президента поинтересовался: как здоровье героев? Ответил Старча. Все внимательно выслушали.
– Значит, на поправку идем? Ну и добро. Давай, Геннадий Сергеевич, – обратился он к командующему. Тот достал Указ президента и зачитал его. В нем говорилось о том, как доблестно сражалась пятая рота, до конца выполнив свой воинский долг. В конце шел список награжденных. ...Орденом Мужества наградить сержанта Гольдина Михаила Андреевича...
Представитель президента подошел к Гольдину, передал коробочку с наградой, пожал руку.
– Благодарю за службу, сержант!
– Служу Отечеству!
Вошедшая с цветами женщина положила на постель букет. Затем такая же процедура с Ветровым.
Пока проходило вручение наград, Николай стоял, словно забытый всеми. Ему стало обидно, пронзила мысль – а если его не наградят? Но представитель президента обратился к нему:
– Ну что стоишь угрюмо? Думаешь, забыли тебя? А, Горшков? Обиделся?
– Да нет, товарищ генерал, че обижаться-то?
– Вижу, что обиделся. Но не прав ты, Николай. Таких, как ты, не забывают никогда. Это он прикрывал отход?
– Так Точно! Вместе с рядовым Ветровым. Десантники в последний момент успели спасти Горшкова. Держал в руке гранату без кольца, не хотел живым сдаваться.
Представитель президента, боевой, заслуженный генерал, задумчиво посмотрел на невзрачного с виду паренька, который сделал то, на что решиться могли далеко не многие.
– Дай-ка я тебя обниму.
Колян не отстранился. Ему было очень неловко.
– Рядовой Горшков, – официально продолжил представитель президента, – за мужество и героизм, проявленные во время выполнения специального задания правительства, Указом Президента Российской Федерации вы удостоены высокого звания Герой России. Награду вам будет вручать в Кремле лично Владимир Владимирович Путин.
Теперь Николай выглядел ошарашенным. До него еще не совсем дошло сказанное.
– Что задумался, Горшков? По-моему, ты забыл что-то ответить?
– А? Служу Отечеству!
– Вот так. Ну что же, перейдем в другую палату?
– Один вопрос можно, товарищ представитель президента? – обратился Костя.
– Спрашивай!
