Но затем улыбка исчезла с его губ, тело застыло, а потом начало вибрировать. Шторм, должно быть, почувствовал эту перемену в Лиаме, потому что он стал очень-очень тихим и совсем замер, запрокинув голову и уставившись своими глазами в сверкающие глаза своего папы.
С пугающим спокойствием, Лиам сунул Шторма мне в руки.
— Отнеси Шторма к своим родителям. Я встречу тебя там.
Всё тепло тут же покинуло моё тело.
— Зачем? Что происходит?
И прежде чем он успел ответить, я услышала вой. И не один. А затем я почувствовала присутствие тел. Кто-то был в человеческом обличье, кто-то в волчьем. И все они рыскали вокруг дома Лори. Когда я посмотрела на Лиама, он уже был в миле от меня. Очертания его тела начали быстро размываться по мере того, как он взбирался на вершину холма.
Несмотря на то, что крики и рычание стихли, Шторм схватился за мой свитер, уткнулся лицом в грудь, словно хотел заблокировать страшные звуки, а затем начал плакать.
— Ш-ш-ш.
Я поменяла его положение, затем поправила сумку и, не сводя глаз с напряжённых тел, засунула его голову под свой подбородок и начала рассказывать ему легенду о ребёнке, который съел луну, и так появился первый оборотень.
Он постепенно успокоился. Я даже подумала, что он уснул, и поэтому перестала говорить, но затем он посмотрел на меня, словно зверёк, вышедший из спячки, поэтому я снова начала свою историю и постаралась сделать так, чтобы мой голос звучал достаточно низко, чтобы снять его возбуждение, но достаточно громко, чтобы заглушить перепалку, которая снова началась.
К тому моменту, как мы встретились с моими родителями, они оба стояли на пороге и размышляли о взбесившихся оборотнях. Я же дрожала, но не из-за холода, а из-за страха, который пожирал меня изнутри.
Я услышала обрывки требований Дэвида Холлиса отправить Лори под суд за её вероломство.
— Ты подвергаешь нас опасности, оставляя её в живых, Лиам. Ты подвергаешь опасности людей!
Если Лиам и ответил, он сделал это по мысленной связи.
— Давай зайдём внутрь. Народ становится очень несдержанным в полнолуние.
Мама обхватила меня рукой за плечи и завела в дом.
Луна действительно усиливала всё внутри нас — начиная с настроения и желаний, и заканчивая чувствами и сердцебиением. И всё же я была абсолютно уверена, что Дэвид и его дружки не стали бы прекращать борьбу после того, как тёмное небо сделалось бы ещё темнее.
Они стали бы требовать крови, пока она не потекла бы из вен Лори и не пропитала нашу землю.
Если только…
Если только она не смогла бы вылечить завтра Бейю.
ГЛАВА 42
Ужин наступил и прошёл, поселок затих, но Лиам так и не вернулся. В какой-то момент мама забрала задремавшего Шторма в свою спальню и положила в кроватку, которую она установила в углу, после чего сказала мне идти домой.
После того, как я надела куртку, она добавила, как будто между прочим, что мне следует сообщить Лиаму о том, что она оставила у себя Шторма на ночь, и чтобы он не прерывал их сон. А затем она выгнала меня из дому, заявив, что она устала и ей надо хорошо выспаться перед короткой ночью, ожидающей нас завтра.
Спускаясь с холма, я отправила ему сообщение, передав слова мамы. Я не стала приглашать его к себе, но надеялась, что он почувствует, что приглашение подразумевалось. Хотя секс, скорее всего, не входил в его планы. Наверняка, завтрашний день, с его заботами и тревогами, был единственной вещью, которая занимала сейчас его мысли.
Почистив зубы, я уставилась на своё отражение в зеркале и начала вертеть головой в разные стороны. Синяк на виске наконец-то исчез, но нижняя губа слегка припухла из-за того, что я прокусила кожу клыками. О, Ликаон… когда был последний раз, когда на мне не было синяков и ссадин?
Я прополоскала рот, потом плеснула холодной водой на щёки и забралась в постель. Я попробовала позвонить Эйделин, потому что нам двоим надо было многое обсудить, но мой звонок был перенаправлен на голосовую почту. Вероятно, они с моим братом были заняты. Я задвинула подальше эту мысль, удобно устроилась вместе с пультом от телевизора и начала смотреть шоу с моим виртуальным бойфрендом, Саймоном. В конечном счёте, мои веки опустились, а мир перестал существовать.
В эту ночь я видела невероятные сны.
В них во всех фигурировал Лиам. Они показались мне такими реальными, что, когда на следующее утро свет начал проникать сквозь жалюзи, я вовсе не удивилась тому, что чувствовала себя выжатой. Я потянулась, перевернулась на спину и застыла, когда моя рука коснулась невероятно тёплой и твёрдой стены из плоти.
Я села так быстро, что пододеяльник обмотался вокруг моей талии, а моя спальня начала расплываться у меня перед глазами. Я моргнула, чтобы прояснить зрение, и тут же закрыла рот рукой от удивления, увидев Лиама в своей постели. Его веки всё ещё были закрыты, а чёрные ресницы лежали на его острых скулах.
