- Не нравишься ты мне! Ну, как девушка. В смысле... Ну, то есть...
Я лишь усмехаюсь, устремляя взгляд на потолок.
- Меня чуть не отправили на тот свет, - выдаю я, рассеивая все назревшие вопросы в голове Райли.
- Это же не...
- Это он, - закрываю глаза и пытаюсь забыть то ужасное мгновенье.
- Ад...
- Рай... - произношу я, чувствуя, как проваливаюсь в сон.
Детский смех разносился по округе детдома. Ко мне подбегает мальчик в слегка потертой красной футболочке и таких же неаккуратных джинсах.
- Кто ты? - протягиваю руку очень близкому, но одновременно такому далекому от меня человеку.
Его теплая рука трепетно касается моей, все сильнее и сильнее сжимая ее. В итоге это перерастает в дикую боль и хруст моей конечности.
- Твой ночной кошмар, - злобно отвечает какой-то дьявольский голос.
Вскакиваю из-за ужасного содержания, и такого пугающего, будто это произошло со мной в реальности.
Пота на моем теле оказалось больше, чем обычно. Я чувствую, как горячие капли струятся по моему лбу и щекам. Глаза еще не привыкают к темноте, заставляя переводить дух лишь быстрее.
- Какой милый котенок, - внезапный шепот заставил остановиться расстегивать пуговицы на рубашке, чтобы переодеться. Застегиваюсь моментально обратно.
Я знала, кто это. Чувствовала приток страха. Боялась вновь оказаться в сильных лапах животного.
Я начинаю учащенно моргать, чтобы улучшить ночное видение. Спустя секунды знакомый силуэт проявляется, и я чуть ли не вскрикиваю - в цепких лапах за шкирку висела Черничка. Как и я, сирота боялась выронить и малейший звук.
Белые зубы подчеркивали зловещую ухмылку на его лице, принуждающую студить кровь в моих жилах.
- Теперь ты моя маленькая собачка, и ты беспрекословно будешь выполнять все мои указы. Поняла, сука? - Кейн грубо бросает животное на пол, отчего та жалобно начинает мяукать. - Убери ее, а то обеих раздавлю, - приказывает он.
Спустив короткую рубашку ниже, чтобы та не оголяла мое нижнее белье, бегу к двери и выпускаю Черничку на свободу.
Когда ночное видение стало намного лучше, принялась рассматривать то, во что он был одет.
Довольно странно. Сейчас его тело облегает темно-серая футболка, заправленная в зауженные джинсы. Сейчас ночь, а он разгуливает так легко. А днем в школу приходит в плотном жакете или куртке.
- Рада, что жива? Для тебя это даже хуже - будешь под моим покровительством на долгое время.
Произвожу вдох, чтобы наконец хоть что-то выронить из своих уст, но меня ударяют по щеке.
- Молчать, стерва. От тебя не требуется ответа. Сотворила плохих дел, будешь расплачиваться. Жизнью.
Тлен над пленом.
Утром я проснулась в окружении страха и боли. Я прекрасно чувствовала набухшее уплотнение в щеке, которая так и напоминала о прошлой ночи. От этого ставилось больнее уже морально.
Я в плену.
Мне нужно что-то с этим делать. Я понимаю, что веду себя как последний кролик перед страшной опасностью. Но я не могу расправить крылья, как орел, могучий и сильный, летающий только в поистине великих местах. Стоит мне выставить крыло храбрости, этот взгляд моментально пронзает сотнями острых ножей, делает до смерти больно. Я не знала, что таилось в этом могильном взгляде, от которого сразу хочется зарыться в землю или сунуть куда-нибудь в считанные секунды свою голову, как страус в песок.
С этими мыслями я и рассматривала неведомо что в потолке. Поднимайся, Ада, умойся и приди в себя. Заставляй себя в те моменты, когда ничего не хочется.
- Иначе медленно, но верно сойду с ума, - сделала заключение вслух и побежала в ванную, расположенную на втором же этаже. Данная позиция была довольно удобной, ведь не нужно делать какие-то лишние шаги. В общем, производится экономия времени.
Царство чистоты, душистого мыла и аромата лаванды было небольшим. Здесь не было ванной, навороченных плиток или крутых шторок. Старенькая душевая с не особо ржавой поверхностью была за стеклянной дверью, установленной в далеких девяностых. Раковина была недавно сменена, ведь очевидно походила на современные модели. Ну, и унитаз с сушилкой, конечно же. Самый стандарт.
Протираю рукавом рубашки в чем-то запачканное стекло и смотрю в свою отражение, изучая всю поверхность лица. Щека и вправду порозовела, но, что меня повергло в полный шок, это огромные фиолетово-розовые синяки на шее. Дьявол настолько сильно сдавливал эту область, что она еще пару недель будет давать о себе знать. Круто, Ада, не перестаешь удивлять везением и сплошной "белой" полосой.
- Черт. Черт. Черт, - повторяла я, ругаясь на весь мир и на то, что мне даже нечем замазать "приятные" подарочки - сущие метки дьявола.
Одевалась, делала что-то на своей голове, попутно выискивая хоть что-нибудь в своей косметичке, которую не открывала около полугода. Мне нельзя выходить на взор старушки. Будет сотни вопросов, на которые я ни за что не смогу дать ответы.
- Есть! - вскрикиваю я, натягивая улыбку в 32. - Нашла! Нашла! - прыгаю я, начиная втирать в пострадавшую кожу старую тоналку дешевого бренда. Ну, кажется дешевого. Просто... Просто я в этом не разбираюсь.