Я глажу твою руку, твои теплые ладошки, которыми ты согревала мои ледышки в день, когда я почувствовала вкус свободы - в мой день рождения. Ты подарила мне глоток чистого воздуха, отрешенного от химиотерапии, белых халатов и боли. Ты подарила мне жизнь. Я не забуду тебя.
Никогда.
Ты мое золото, мое сокровище, которое я до последнего ценила в своей жизни.
Привет от твоих родителей! Они гордятся тобой, дурочка, а ты сидишь и ревешь, что твоей подруги не стало.
Прощай, настоящий друг, строгий наставник и добрый человек. Прощай, мир, который я не смогла увидеть в полных красках, но смогла прожить то, что было отведено, весело и беззаботно.
Прощай, Ада."
- Прощай, - в крокодильих слезах прохрипела я, крепко зажав рукой рот. - Прощай, Лиза, - прижав письмо к груди, я выбежала из палаты, столкнувшись с Ненси, лицо которой было такого же томатного цвета, как и мое. Ручьи слез окружали нас, мы не могли сдержать четких порывов эмоций. Молча извинившись за столкновение, я побежала на выход, найти который мне удалось с трудом из-за мутного изображения, что искажалось из-за слез.
Они так и шли, я была просто-напросто не в силах остановить соленый поток и противные сопли.
Черт, я выглядела, словно меня выдернули из пятой точки. Казалось, сейчас я все глаза выплакаю, всю свою душу, и просто умру. Вот возьму и умру назло всем, черт подери.
Холодный ветер бережно успокаивал мою кожу и сознание на крыше самого высокого жилого дома этого города. Сорок с чем-то этажей заставили посмотреть на мир свысока, не настолько высоко, как Лиза, но я была чуть близка.
Кого я обманываю? - и близко не приблизилась к исчезнувшей.
Отрешенность от мира успокаивала, дарила расслабленность и легкость мыслей.
- Коза, - смотря в белые небеса, которые слегка слепили, я думала лишь о ней.
"Я знаю"- словно из никоткуда послышалось мне. Но я не придала этому значения - это мой больной бред и красочное воображение.
- Мне больно, очень. Я стараюсь искоренить мысли о собственной вине, но не могу. Черт, как же это сложно, - вновь вздыхаю и закрываю глаза.
"Я же просила"
- Никто не подвластен хрупкому сознанию потерявшего близкого. Это пройдет. Нет, это я сука. Я настолько была зла, что не навещала тебя в последние дни жизни. Я тварь. Я мерзавка. Сука.
И больше я не слышала знакомого голоса - я отпустила этого человека в мир иной, но не могла спокойно отпустить все мысли и тяготу на душе из-за потери.
Просто... просто отпусти, Ада Форстерс.
Если меня спросить, как же выглядела эта великолепная девочка, мои мысли тут же заполняются деталями.
Ее нежно-голубые глаза искрились безумием и добротой. Сначала она была ужасно резкой, оправдывала посыл взгляда, но вскоре затухала, становилась белее и тоньше, точно скоро будет прозрачной.
Так и произошло.
Она невидимка.
Но по-прежнему рядом.
Я пролежала на холодной крыше до самого вечера, когда незнакомая поверхность стала только холоднее. Слезы кончились, желание существовать тоже, однако я просто встала и направилась вниз с крыши, чтобы пойти к дому Кейна Уинтера. На полпути я уже забыла о том, что такое нормальное дыхание. Я задыхалась, слегка дрожала, и чуть ли не каждые два метра улицу заполнял мой скверный кашель. Належалась, Форстерс.
Я не могла не думать об умершей подруге, от которой у меня осталось лишь письмо, что до сих пор я продолжала держать в руке и не собиралась отпускать. За весь день я перечитала эти строки раз тридцать и чтение последней строчки заканчивалось моими горькими слезами, которые впоследствии мне подарили опухшие глаза и затуманенное изображение.
Именно в такой обстановке я сумела донести свое тело до сказанного адреса - Куол-стрит, 27. Сказочно огромный темно-бордовый дом пугал, однако не сильно - все же в мыслях у меня другое - то, что точно не уступит места удивлениям состоятельности друга детства.
Позвонив в обычный звоночек черного цвета, я с трудом выдохнула, задумавшись, что я, черт подери, забыла в его жизни. Зачем я только сюда сунулась?
Спустя минуту дверь открыл именно тот, в ком я и души не чаяла в детстве. Тот, кто оставил и забыл меня. Тот, кто не помнит моего имени.
Не старается запомнить.
- Ужас! Что с тобой? - вопрос оправдал все мои сокровенные ожидания. Я знала, что выгляжу как сущее дерьмо в проруби, однако, каким только ветром меня сюда занесло?
- Назови мое имя! - кричу, что есть мочи, я.
А может я вовсе и не кричала этого, может, лишь подумала. Я вовсе не соображала, что сейчас происходит.
И больше я не могла пошевелиться, мой взгляд был устремлён в эти янтарно-желтые глаза, но с каждой секундой их медовый оттенок все темнел и темнел, как и всё изображение вокруг. Казалось, я погружаюсь во мрак.
Утопаю во снах.
И только сны свяжут нас.
Глаза я открыла в подозрительно чистой белой комнате. Такой большой и просторной, свежей и приятной. Не знаю, как обычная комнатушка может дарить такие эмоции, но мне было почему-то очень радостно на душе.