История группы специального назначения «Гром» в непростом 1968-м году. Красные береты ломают ударом ладони историю.
— Тревога! — в дежурку, где мы предавались распитию послеобеденного чая, ворвался Незлобин — Дежурный по 7-ке звонил. Два каких-то урода детей в школе захватили!
Я рванулся к стоящему на столе телефонному аппарату. Сухой голос Алидина подтвердил вызов и приказал немедленно выдвигаться в Внуково, где персональный самолет главы КГБ уже готовится к вылету. У Андропова есть теперь личный джет??
— Очень на тебя надеюсь, Николай — генерал повздыхал в трубку -Сам знаешь где, вы хорошо себя проявили, но такого ЧС у нас еще было.
Я посмотрел на китель. На левой стороне, прямо над сердцем блестела Золотая звезда Героя Советского Союза. Вручал лично Брежнев за рейд к американской базе и за Кобры. И вручал примерно с такими же напутствиями как сейчас Алидин. Дескать, большое достижение, но еще бОльшая ответственность. Очень на тебя и на Гром надеемся, Орлов.
Я сделал еще несколько звонков. Информации было немного, но самое главное известно — пока все живы. Я бросил взгляд на часы — половина четвертого. В школах сейчас обычно четыре или пять уроков, значит уже три или два часа прошло…
Народ, охреневший от такой вводной, залетел в автобус побив все мыслимые и немыслимые нормативы. Стоило мне поставить ногу на подножку, как Вениамин, зло газовавший до этого, бросил сцепление и наш шишижный пепелац плюнув мелким мусором из-под колес, с коротким скрежетом колес начал разгоняться. В этот раз Огонек превзошел сам себя. Пару раз мне даже казалось, что автобус в поворотах вставал на два колеса. Однако одергивать или там пенять на стиль вождения никто даже не думал. У всех реально было настроение “вперед и порвать”…
— Там самолет тушка какая-то, автобус в него не влезет — перекрикивая орущий двигатель, проорал в салон я — так что давайте по запасному варианту.
Еще раз мысленно поблагодарив Николая Григорьевича за его идею с контейнерами, я продолжил насиловать рацию, выясняя детали происшествия. Пока выходило так, что в Сарапуле два солдата-срочника зачем-то приперлись в школу, где захватили один из 10-х классов. Из вооружения — два автомата Калашникова и 120 патронов к ним. Это выяснилось из быстрой ревизии вскрытой оружейки. Дезертиры требуют заграничные паспорта, визы, самолет в любую страну Запада. И все это под личные гарантии Брежнева. Иначе — расстрел заложников. Я скрипнул зубами .. Где этот чертов Сарапул, сколько до него лететь?
Из школы уже всех вывели и поставили кольцо оцепления вокруг. И прямо сейчас, пока мы распугиваем водителей своей сиреной и мигалкой, какой-то умный мужик уже начал с гадами переговоры. От сердца немного отлегло…
Сидящий за Огоньком Казанова между тем уже связался с аэропортом и выяснял, где стоянка выделенного нам самолета. Судя по разговору, на том конце линии оказался какой-то чересчур дотошный идиот, который решил начать оформлять пропуск для проезда на взлетное поле. Не успел я попросить по своим каналам о содействии, как Игорь, решив не тратить время и обматерив идиота, достал таблицу частот и напрямую связался с диспетчерской. Правда, в трясущемся автобусе поначалу он вылез на частоты диспетчеров посадки, но после обмена парой предложений переключился на людей, ответственных за рулежку и размещение самолетов.
— Блять! Куда дальше? — Услышав маты Огонька, я поднял голову от блокнота. Оказывается, мы были уже почти на взлетке и перед нами выстроились рядами самолеты.
— Веня, ты сильно не газуй, где-то тут должна быть машина с желтыми мигалками и плакатом “следуй за мной” — тут же откликнулся Казанцев.
— Вижу! — тут же откликнулся повеселевший Незлобин. В самом деле, впереди уже разгонялась волга, бьющая по глазам желтыми вспышками.
Нас немного поводили между самолетов и вскоре привели к внешне обычному самолету. Ну надпись аэрофлот и полоса поверх иллюминаторов. Для моего взгляда было немного необычно размещение двигателей прямо в крыле, но я не специалист в самолетах. Глянув на марку самолета, ТУ-124, я взбежал по трапу.
— Орлов Николай — пожал я руку крепкому пучеглазому мужику в пилотской форме — отвезите нас в Сарапул, пожалуйста.
— Алексеев Константин, в Сарапул не могу — вернули мне рукопожатие — нет аэродрома, поэтому летим в Ижевск.
— А сколько лететь? — поинтересовался я на фоне грохота ботинок по трапу и ускоряющего погрузку мата.
— Три часа, но мы в курсе срочности и постараемся что-нибудь придумать — обнадежили меня.
Ндас … А там еще хрен знает сколько до этого Сарапула ехать. Я прошел в салон и плюхнувшись в первое же кресло, начал составлять план действий. А то вечно меня в это носом тыкают.
