Подхожу прямо к нему и присаживаюсь на стол на расстоянии вытянутой руки от него. Смотрю прямо в глаза и говорю:
- Я не могу потерять это.
- Знаю, - помедлив, он кивает.
Не знаю, что ещё сказать. Мой приход сюда и так говорит о многом. Меня больше не существует как личности. И теперь я продаю себя, осознавая все тонкости процесса.
- Ну так как на счёт минета?
Я бледнею, но, стиснув зубы, опускаюсь на колени перед ним.
- Дурак, - беззлобно говорит Влад и, будто бы тянет меня к себе на колени, но в последний момент передумывает, усаживает обратно на стол. – Продаёшься полностью, а что оставишь себе?
- Ничего. Ты победил. Я хочу петь.
- Нет, ты хочешь быть звездой, богом. Что ж, будь, я добрый, - он нежно гладит меня по руке, моей взмокшей руке, лежавшей на моем колене. Так делал только мой брат. Который погиб давным-давно. Это странное, извращённое чувство защищённости, правильности происходящего. - Ты неплохо поработал, можешь слетать на недельку отдохнуть. Куда хочешь?
- Не знаю…
- Полетай на Мальдивы. Там здорово.
- Один?..
- Конечно, - хмыкает он. – Даже без Лана. Ну, если обещаешь вести себя хорошо.
- Обещаю.
- Вот и договорились.
- Спа… - сглатываю. - Спасибо.
Проснувшись сегодня утром, я меньше всего ожидал, что буду благодарить человека, уничтожившего меня. Жизнь, всё-таки, странная штука.
Отрезок №15. Охранник
Я ближе, чем мысли твои позволяют,
Но дальше, чем в тайне рисуют мои…
Кромсая пространство, секунды сгорают
Чуть позже «симпатии», раньше «любви»…
Я больше «неведенья», меньше «всезнанья»,
Прохладней «быть рядом», теплее «забыть».
Черствей «похвалы», но нежней «порицанья»,
Сильней «выживать» и слабее, чем «жить».
Я ближе распахнутой форточки неба,
Но дальше возможности всё изменить…
«Спокойствия» громче, неслышнее «гнева»,
Сложней «оправдать», проще, чем «обвинить»…
Возвращаться в родной город не хотелось. Конечно, ни на какие Мальдивы я не полетел, предпочтя им Таиланд. Прекрасная страна. Там всегда все в хорошем настроении и меня почти никто не узнавал (имею в виду русских туристов). Я поступил умно, решив не бронировать отель, а снять апартаменты на берегу океана. Однако сделал я это с помощью карточки, так как налички у меня было немного. Так что, как я предполагаю, Владислав знал о моём местонахождении.
Меня не было почти две недели, вместо разрешённой одной. Я послал Владу смс-ку, предупреждая о том, что задержусь. Он ответил просто: «Хорошо». Ну и ладно.
Лан встретил меня в аэропорту, сразу посетовал, что я загорел. Типа с бледной кожей и тёмными кругами под глазами было готичней.
- К тому же, у тебя волосы выгорели и не такие чёрные, - прибавил он с сожалением.
- Ты придурок, - убедился я, садясь в свой любимый лимузин. Водитель отсалютовал мне с радостью. Соскучился, наверное, по моим закидонам. Мне не терпелось узнать: - Ну, какие планы?
- Сегодня отдыхай, а завтра Влад ждёт тебя к двенадцати.
По коже поползли мурашки. Я вдруг понял, что это неожиданно приятно. Ебануться.
- А потом?
- Потом? Ну, вроде они поэтишку нашли, он предложил неплохую песню для тебя, стоит попробовать.
- Песню… Хорошо. Как на счёт интервью, встреч?
- Всё со следующей недели.
- Отлично.
Дома было неуютно. К тому же, воздух был затхлый, пришлось распахнуть везде окна. Был первый месяц зимы. Снег ещё не выпал, поэтому улицы выглядели уныло и печально. Я закурил. В Таиланде я лишь убедился в том, что хочу быть звездой. Хочу оставить след в жизнях людей. У меня было много набросков, скопилась целая куча стихов. Думаю, Владиславу это понравится. Чёрт, каждый раз, когда я думаю о нём, странное чувство сковывает меня. Так, наверное, чувствовала себя Ева, перед тем как сорвать яблоко. И хочется, и нельзя. Если раньше я мог с уверенностью сказать, что ненавижу Влада, теперь было по-другому. Нет, конечно, я его всё так же ненавидел, после того, что он сделал, но сейчас ещё и уважал. Всё-таки он ничего так… Профессионал своего дела. Клип ведь и правда вышел потрясающим. Хоть меня и тошнит каждый раз.
***
Сердце вздрагивало. Чувствовал себя школьником и злился ещё больше. Владислав был занят, и нам с Русланом пришлось подождать. Лан чувствовал себя несколько неуютно, впрочем, как и я. Перебирал листики в папке со стихами, думал, что это глупо. Влад как всегда скажет, что они говно. А я тут в очередной раз душу ему показываю.
Наконец дверь в его офис открылась. Вышел сам Влад и ещё один блондин. Я тут же узнал его. Эту группу продюссировал Мустафа пару лет назад. Но я думал, что они давно уже вышли из шоу-бизнеса. Ошибался. Блондинчик окинул меня взглядом и присосался к губам Владислава, как пиявка. Который в ответ обнял его. Они «сосались» как подростки, а у меня под ногами разверзалась земля. Твою мать, хорошо, что я в солнечных очках на пол-лица. Сохранить его непроницаемое выражение я бы не смог. Внутри сжалась пружина и не отпускала. Стоило мне уехать, так он нашёл мне замену? Что это за блядь?!
