Призывающее пустое поле. Кнопочка «Мне повезёт!». С буквой «ё», а не «е». Этим они мне и нравятся. Ладно. Ввожу свой псевдоним. Гугл услужливо сочетает его со словом покушение. Подойдёт.
Первая же ссылка ведёт к тому самому вечеру перед новым годом. Внутри леденеет, когда я читаю бездушную статью какого-то журналиста. «Охранник скончался сразу же, у него не было шансов. Пуля попала в сердце». «Стрелявший объявлен в розыск». «Ходили слухи, что всеми любимого Морти связывали с охранником романтические отношения». И наше фото. Где-то за неделю до этого дня. Мы в кафе, после какой-то презентации. Сидим рядом. Пьём капучино друг друга, смеёмся. Я увеличиваю фото, пытаюсь разглядеть глаза Сашки. Он живой… Такой родной.
Внутренности будто сжимает невидимая рука.
Щёлкаю дальше. Читаю о дальнейшем расследовании, смотрю новые и новые фотки.
Вдруг натыкаюсь на статью под названием: «Взрыв в квартире звезды». Взрыв?.. В тот же день в моей квартире раздался взрыв. Вечером Руслан заскочил за моими вещами и… Он не выжил. И я бы не выжил. Я…
Перед глазами всё плывёт. Я щёлкаю снова и снова. Натыкаюсь на посмертное фото Руслана. Он в гробу, в цветах. Говорят, что единственное, что уцелело, его лицо.
Господи…
Меня трясёт. Я даже не поинтересовался, почему у меня новый помощник! Я не могу так. Это уже слишком.
Отшвыриваю ноутбук и сползаю на пол, на идеально чистый паркет. Время замедляется. Воздух становится густым. Я должен был умереть. А в итоге из-за меня погибли два человека. Они ни в чём не виноваты. Они…
Почему.
Это единственное слово, звучавшее у меня в голове.
Почему не я?
Рана тянет. Но эта боль не идёт ни в какое сравнение с тем, что творится у меня внутри. Там пожар, там адское пламя, там полая область, заполненная кислотой.
***
Вечером зашёл Влад. Я сидел в кресле в темноте, чем напугал его. Ну, если его можно вообще напугать.
- Освоился?
Киваю.
- Голоден?
- Нет.
Что меня удивляет, так это то, что я могу сидеть здесь, говорить, а они больше нет.
- Ладно, - он не спорит. – Завтра с утра приедет врач и медсестра. Если тебе что-нибудь понадобится, просто сними трубку. В доме есть круглосуточный камердинер.
- Круто, - киваю я.
- Дима, если вдруг что… Ты знаешь, где я.
- Угу.
Влад уходит. Я снова выключаю свет и просто сижу, всю ночь напролёт.
Отрезок №23. Семь дней, семь ночей
И никто не узнает, как скулит ночами душа, которая днем смеётся…
Наверное, зомби придумали с меня. Я иногда вообще не понимаю, что происходит, где день, а где ночь, где моя жизнь, а где сон.
Ем, принимаю душ, пользуюсь туалетом – всё на автомате. Так же на автомате я отвечаю медсестре, врачу, Владиславу, его помощнику, кухарке.
У меня около сотни Сашиных фотографий на компьютере. Почему я не снимал его при жизни?
Поздно задавать такие глупые вопросы. Я довольствуюсь тем, что есть. Я и сам понимаю, что так нельзя. Однако не могу ничего с этим поделать. Я заслужил всё это. Подумал, что могу стать успешным, крутым… Нет, мечтать нельзя было. Кто я? Мои стихи поганые. Без их обработки и профессиональной раскрутки, я был бы никем. Я и есть никто. Кусок мяса, как говорил Влад. Живу по ошибке.
Боль не утихает. Она со мной даже во сне. Она, в общем-то, и спать мне не даёт.
Сохранять лицо удаётся, но всё тяжелей. Делать вид, что я смотрю телевизор, хотя я вот уже три часа таращусь в пустоту.
Это моя плата. Это мой крест.
Конечно, я должен был к этому прийти рано или поздно. Влад, правда, скотина, попрятал всё спиртное из дома, а наркотики мне было не добыть. Но я нашёл способ ухода от реальности. Тонкое лезвие так легко рассекает кожу. Я осторожно резал бедро. Если бы я делал это на руках, то сразу спалился бы. У меня теплилась надежда, что когда-нибудь мне хватит смелости перерезать сонную артерию на шее и прекратить влачить своё жалкое существование.
Жизнь чёрная. Ощущение такое, что я барахтаюсь в грязи и никак не могу выплыть.
Я подхожу к окну и вижу многоэтажки. Закрываю глаза. Открываю и вот они уже сделаны из тонких, хрупких прутиков. Целые небоскрёбы, они держатся лишь на честном слове. Я дуну, и они рухнут. Моргаю. Всё снова на своих местах. Они такие же, из металла, камня… Только я из плоти.
***
Мне удалось заснуть в десять вечера. Проснулся я уже в двенадцать, чувствуя безмерную усталость. Руки сами нащупали пульт от телевизора. Экран засветился бледно-голубым и через секунду на нём всплыло изображение. Музыкальный канал. Хм. А пусть. Смотреть, как кто-то поёт, было невыносимо. Это можно сравнить лишь с тем, как бесплодная женщина смотрит на детишек на детской площадке. Она никогда не сможет ощутить этой радости, выполнить своё женское предназначение. Потому что мироздание так распорядилось. Потому что у этого может быть высшая цель. А может и не быть. Может, просто так сложилось. Просто этому нет объяснения. Ты не лучше и не хуже других. Только они могут больше, чем ты.
