София повернулась к ней, и Эмма отметила застывший взгляд, полный горечи и раскаяния.
– Я уйду, – сказала она, показав на дверь.
– Куда? – испугалась Эмма.
– К тете.
Эмма опустилась перед ней на колени и обняла за плечи. Еще час назад София была так рада возможности остаться с ней, а теперь переменила решение? Что могло случиться за такое короткое время?
– Почему? – не особо рассчитывая на исчерпывающий ответ, спросила она.
Малышка опустила ресницы, и ее губы задрожали. Она явно пыталась справиться с подступавшими слезами, но получалось у нее это очень плохо.
– Из-за меня твоя мама больше тебя не любит, – все еще не поднимая головы, сказала она. – Вы ссоритесь, потому что я пришла сюда. Я уйду, и она опять тебя будет любить.
Привычка держаться очень тихо теперь создавала для Софии и окружающих определенные трудности. Эмма понимала, что девочка смогла услышать обрывки разговора, потому что умела бесшумно ходить и не вмешиваться в разговоры старших. Наверное, София выбралась из ванной и пошла искать ее, а потом наткнулась на не слишком приятные слова, имевшие к ней самое прямое отношение. Она сделала из них одной ей понятные выводы и даже успела принять решение. Оставалось только гадать, что именно ей удалось разобрать.
Эмма подняла ее на руки и понесла в свою комнату, стараясь поскорее отойти от двери. Мысль о том, что София решила пожертвовать своим благополучием ради того, чтобы она смогла спокойно жить со своей мамой, показалась ей какой-то ненормально взрослой и страшной.
– То, что происходит между мной и моей мамой я должна решать сама, – усевшись на своей кровати и устроив Софию на коленях, сказала она. – Волноваться об этом должна я, а не ты. Я хочу, чтобы ты осталась со мной, и буду счастлива, если мы станем жить вместе.
– А как же твоя мама? – поднимая на нее залитые слезами глаза, спросила София.
– Я найду способ помириться с ней. Когда люди очень любят друг друга – любят так же сильно, как и я с мамой – они обязательно мирятся, даже если очень сильно друг на друга обижены. А сейчас нам надо лечь спать. Пока что ты поспишь со мной, хорошо? Устраивать тебе отдельную комнату еще рановато.
София прижалась лицом к ее груди и просто кивнула. Эмма была готова защищать ее, заботиться о ней и обнимать ее хоть каждый день. Это ли не настоящее счастье?
Наверное, это было расплатой за то, что все складывалось слишком просто.
Мэйлин согласилась на переезд почти сразу же. По ее словам, она влюбилась в курсы кройки и шитья в первый же вечер, а потому твердо решила обзавестись швейной машинкой, чтобы заниматься любимым делом без оглядки. К столь шумному устройству непременно прилагается некоторое количество свободного места и приватной территории, когда никто не станет стучать в стену или жаловаться коменданту на то, что «эта вредная Мэйлин так шумит, будто гоняет по рельсам поезда у себя в комнате». Поэтому идея с квартирой показалась ей просто прекрасной, и она решила, что вполне может немного переплачивать, если результатом таких расходов станет возможность творить с новенькой машинкой что угодно.
Мартин подозрительно быстро нашел квартиру в своем доме, и Эмма прекратила все поиски, в очередной раз удивившись тому, как легко ему удавалось решать проблемы насущного характера. Искать работу, жилье и улаживать проблемы с документами Мартин умел как никто другой, что было весьма редким даром даже для мужчины.
Итак, после недели непрерывных скандалов в общежитии, Эмма перевезла Софию в пустую квартиру, куда потом переехала Мэйлин, захватившая почти половину их вещей. И, несмотря на то, что множество вопросов было уже решено, оставалось еще столько же проблем, а может даже больше. С кем оставлять Софию, когда сама Эмма будет уходить на работу? Как обойтись без мебели? Стоит ли покупать что-то кроме швейной машины? Все-таки жилье было временным, и Эмма не была уверена в том, что они проживут здесь достаточно долго. Мартин посоветовал ей купить хотя бы дешевую раскладушку, поскольку спать на полу даже в многоэтажном доме было бы равносильно самоубийству, тем более, если речь шла о маленьком ребенке. В результате они разжились подержанными кроватями, складными стульями и журнальным столиком. Мэйлин привезла свою ненаглядную машинку уже через неделю, и с тех пор по вечерам в их квартире не стихали ритмичные звуки стучащей иглы и качающихся педалей.
