Моя подруга Татьяна увлекалась шахматами, на этом фоне у неё со студентом Андреем начинался роман, поэтому борьба за реванш шла ожесточённая. Наташиным увлечением были танцы. По субботам мы все вместе ходили на "пятачок" - так назывались посиделки у местных ребят. Там мы пели и танцевали под живую музыку. Но Наташе этого было мало. Раз в неделю она обязательно отправлялась на танцы в клуб, в соседнюю более цивилизованную деревню Жаворонки. Наташа давно и хорошо танцевала, и никто из нас не возражал против её увлечения.
Я помню тот вечер, когда Наташа накрасилась и приоделась как взрослая в нарядное платье и весёлые бусы. Она выглядела словно актриса Гурченко: тонкая талия, летящий силуэт юбки и озорные, смешливые, манящие глаза. "Я ухожу на танцы вместе с Андреем. Это ведь здорово, если тебя сопровождает кавалер, когда идти далеко и поздно вечером", - сообщила она мне, как будто открывала Америку.
А утром Наташа с трудом поднялась и сияла как роза. Мы выехали на велосипедную прогулку на час позже. Я стала спрашивать её о прошедшем вечере. Она смеялась, шутила, была довольна. А потом рассказала, что самым интересным в походе с Андреем, была дорога. Она шла вдоль железнодорожного полотна. Передвигаться по шпалам довольно нудно. Чтобы развлечься в пути, путники придумали себе "хорошее развлечение". Они решили: каждый раз, когда идёт электричка, сходить с полотна и целоваться. "Было так весело!" - сообщила Наташа. А я возмутилась:
- Разве ты не знаешь, что Андрей друг Тани? Ты берёшь чужое. Это аморально! Тебя никто не поймёт.
- А я "кто" и могу поступать так, как хочу. Мораль здесь вообще непричём. Я хочу попробовать в жизни всё и вовремя. А вы с Таней ещё просто не выросли. И не вам судить о моих поступках, - сказала Наташа.
Я поняла, что сую свой нос не в своё дело. Больше разговоров на эту тему у нас не было. Всё продолжалось по-прежнему. Только в конце летнего сезона Таня с Андреем почему-то перестали играть в шахматы по вечерам. На прощальную вечеринку Таня и вовсе не пришла, сославшись на болезнь матери.
Зимой мы периодически перезванивались, вспоминали хорошие летние дни, говорили о будущем. Рассуждали о возможных путях после окончания школьного образования.
Я уже точно знала, что стану врачом-неврологом. Моя мать болела туберкулёзом, а я инфицировалась и перенесла в 9 лет туберкулёзный менингит, едва осталась жива. Тогда это заболевание в России только начинали правильно лечить. Мой двоюрный брат, старше меня всего на три года и юный гений, как его называли, умер от этой болезни, что было большим переживанием в среде родных. У меня богатая и мощная родословная, скорее всего передавшая мне внешность и физическое здоровье. Мой дед знаменитый русский генерал-юрист Игнатьев И.И. имел жену и 9 детей, служил на дальнем Востоке и Северном Кавказе, был награждён 10 высшими орденами России. Он естественно не пожелал перейти на сторону революции. Его уничтожили хитроумные осетинские большевики. Остатки семьи (бабушка и 5 детей) со временем оказались в Москве. Наверное, голубая кровь моей матери помогла мне выжить в борьбе с безжалостной инфекцией и определила мою профессию.
Татьяна, добрая подруга моей юности, в годы войны потеряла отца, боевого командира, погибшего в первые годы немецких наступлений. Её маме помогали друзья мужа. Брата определили в военное училище как сына полка. А Таня сама решила поступать в Бауманский институт, идти по следам своего отца. Она успешно училась и стала хорошим инженером.
Наташа, родители которой были строителями, пошла по их пути. Она окончила строительный институт и работала потом постоянно в каком-то НИИ.
Личные судьбы подруг тоже сильно отличаются. Татьяна всегда наивно верила, что миром правит любовь. Она понимала под этим какую-то особую субстанцию, которая посылается влюблённым Высшим Разумом и дарит счастье на всю оставшуюся жизнь. До сих пор на её письменном столе под стеклом лежит высказывание Н.М.Карамзина - "Любовь сильнее всего, святее всего, несказаннее всего". Этот принцип, что из всего надо выбирать любовь - не принёс ей большого счастья. Она вышла замуж ещё студенткой за профсоюзного активиста института, который был председателем месткома. Родился хороший сын, только любви с успешным мужем не получилось. Когда пришла пора расставаться, то иногородний муж начал претендовать на делёжку единственной комнаты в коммунальной квартире, где проживала Танина мать с детьми и внуком. Этот банальный казус был настолько нелеп, что даже корреспондент "Комсомольской правды" написал статью в защиту справедливости под названием "Когда делят слонов". Муж исчез не солоно хлебавши.
Ещё Таня попробовала создать семью с очень хорошим человеком, школьным другом, который объявился, как только узнал, что Татьяна свободна. Но она быстро поняла, что это снова - не любовь. Друзья остались друзьями на долгие годы.
