Грузовики полностью

«Не может быть!»– сказал он себе, впервые увидев Дорогу. Она возникла как мираж перед его воспаленными глазами в самом сердце Пустыни. Гладкая асфальтовая лента протянулась от горизонта до горизонта, поражая своей невероятной чистотой. Дорога была абсолютно пуста.

Он встал на обочине, устало скинул с затекших плеч рюкзак со снаряжением и закурил. Очень хотелось пить, и хотя вряд ли табачный дым способствовал утолению жажды, но иначе он не мог. Полотно Дороги сверкало в солнечных лучах, дрожащее марево раскаленного воздуха над ее поверхностью искажало очертания песчаных барханов, лежащих по другую сторону, придавая им нелепые, гротескные очертания. Он знал совершенно точно – этой Дороги на карте нет.

Да, он хотел жить. Он надеялся на что угодно, спустя два дня бессмысленных блужданий среди этого бескрайнего песчаного моря, но такого не ожидал. Дорога посреди пустыни! Этакий хайвэй непонятного назначения! Путь, ведущий из Ниоткуда в Никуда! Интересно, какие причины пробудили в чьей-то голове идею возведения этого чуда инженерной мысли именно здесь? Впрочем, какое ему собственно до этого дело…

Щелчком отправив окурок куда-то в сторону, он достал из рюкзака флягу и жадно припал к горлышку. Теплая, чуть затхлая вода показалась ему вкуснейшим из напитков, попробованных им за всю жизнь, но он ограничился лишь несколькими глотками – в его положении воду приходилось экономить. Тщательно закупорив флягу и аккуратно уложив ее обратно в рюкзак, он еще раз окинул взглядом безупречную асфальтовую ленту, но Дорога оставалась пустой. Что же делать? С одной стороны, можно было бы дождаться попутки, ведь если это действительно какая-то трасса, что не вызывало сомнений, то должен же по ней кто-то ездить? Да и чистота дорожного полотна подтверждала, что Дорогой пользуются, причем достаточно часто. Мысль о ее военном назначении нисколько его не пугала – не звери же они в конце концов, должны понять! Но что-то все-таки смущало – то ли какая-то странная уверенность в том, что этой Дороги не должно существовать, то ли ее … стерильность что ли?

Он закинул рюкзак за спину, вздохнул и пошел налево вдоль обочины по встречной полосе, как он сам решил, из вредности.

*****

День близился к вечеру. Красный диск солнца опустился почти к самому горизонту, но облегчения от этого он не испытывал. Он знал, что на смену палящему зною придет пробирающий до самых костей холод, да что и говорить, Пустыня не лучшее место для прогулок. Предстоящая ночь его не пугала – не в первый раз – его удивило полное отсутствие движения по Дороге. За целый день по ней не проехало ни одной машины, хотя, как он заметил, дорожное покрытие на пройденных им километрах находилось в прекрасном состоянии. Так же немало его удивило отсутствие песчаных заносов, впрочем, о каких заносах могла идти речь, если даже ни одна песчинка не умаляла идеальной чистоты, даже какой-то вылизанности Дороги. Все это было очень странно и навевало смутное беспокойство.

Уже почти стемнело, когда за своей спиной он услышал, а, точнее, почувствовал, нарастающий гул. Сердце в груди судорожно екнуло и вдруг провалилось куда-то вниз, в гулкую холодную пустоту. Он отскочил на обочину, обернулся и вгляделся вдаль, близоруко щуря глаза. Там, вдали, опускающийся на песок сумрак прорезали отблески фар.

Обругав себя за совершенно неуместный приступ страха, он вытянул руку, усмехнувшись представив себе абсурдность происходящего: посреди бескрайних просторов гибельной Пустыни, там, где даже змея считалась редкостью, на Дороге, которой попросту не могло существовать, под наливающимся чернотой небом стоит одинокая человеческая фигурка, тормозя попутную машину, чье нахождение в этом месте тоже весьма загадочно.

Тем временем гул приближался. В наступавшей темноте по свету фар уже хорошо различалось, что машин было две, а дрожание земли под ногами определенно указывало на их размеры. Передернув плечами от холода, постепенно вытесняющего дневную жару, человек следил за приближающимися автомобилями. Странно, но в душе не ощущалось никакой радости от предстоящей встречи, хотя в ней заключалось его спасение. Что-то было не так. Вот уже проявились очертания кабин, оглушал приближающийся рокот моторов. Уже подготовив дежурную фразу благодарности за спасение от неминуемой смерти и внутренне удивляясь собственной неискренности, он шагнул навстречу машинам. Его спасло только чудо. Невероятным прыжком он кинул свое тело на песок обочины, едва избежав лобового удара. В лицо ему ударил мощный поток воздуха, смешанного с удушающим запахом отработанной солярки. Два огромных, чудовищных грузовика пролетели бок о бок в каких-то миллиметрах от него, рев моторов нестерпимо ударил по ушам… и вдруг все кончилось. Он потряс головой, ошалело глядя на Дорогу: где-то далеко впереди еще мелькал свет фар и стихал грохот – его не заметили.

*****