— Может, пока не поздно, организуете мне уютную комнатку с решетками? — Попытала счастья я, с опаской заглядывая внутрь. С моего места ничего кроме двух узких кроватей и покосившегося стола видно не было.
— Бросить родную сестру Главы в тюрьму за мелкие провинности? Немыслимо. — Поморщился Ирольталь.
— А закинуть на чердак и похоронить в пыли это нормально, да?
— В подобном расположении комнаты есть и свои преимущества — вы единственные жители этого этажа. Никто не побеспокоит вас.
— Угу, отрезали от обитаемого мира без малейших угрызений совести. — Буркнула я, с опасением шагая внутрь маленькой комнатки и с сомнением рассматривая облупившиеся стены. Только одно радовало: четвертой преграды из камней не было, вместо неё наличествовало окно в форме арки, а за его мутно-стеклянными границами проглядывался неширокий, где-то с метр, участок крыши и парапет с резной решеткой. В общем, очень такой миленький балкончик: и вниз поплевать, и на закаты полюбоваться, и скинуться в приступе невыносимой тоски, опять же, есть откуда.
— Иногда уединенность может быть полезной. — Прозвучал за спиной голос Ирольталя, и прежде чем я успела выяснить, что же мне все-таки придется делать в этом рассаднике маразма, раздался звук удаляющихся шагов. Выйдя на площадку перед комнатой я успела различить только мелькнувшую далеко внизу на лестнице тень и понять: уединенность все-таки соизволила без разрешения вторгнуться в мой быт….
Чтобы быть безжалостно изничтоженной через каких-то два часа. С жалобным скрипом дверь впустила в мрачное прибежище пыли и грязи нечто бледноволосое и невероятно говорливое. За тридцать секунд на меня вылили такой поток слов, что от неожиданности я поняла только отдельные фразы:
— …это так чудесно…такие милые ребята внизу…целый этаж в нашем безраздельном пользовании…мы непременно станем самыми близкими подругами и будем делиться всеми тайнами друг с другом….
Неопознанное существо все-таки соизволило развернуться ко мне лицом. В комнате наступила звенящая тишина. Я медленно растянула губы в улыбке и шагнула к резко побледневшей леди Съенне, та сделала попытку вжаться в стену, поняла, что маневр не удался и отчаянно завизжала. Моя улыбка дополнилась слегка истерическим смешком и змеиным шепотом:
— Действительно чудесно: целый этаж для нас. И никого больше!
А потом как-то неожиданно наступила ночь, связанную и облагодетельствованную кляпом Съенну за окном стало почти не рассмотреть, на смену давящим эмоциям пришла опустошающая апатия, в общем, по всему выходило — пора спать. Утомленная тяжким днем, частично выполненной местью и просто обстановкой я свернулась калачиком на кровати и зарывшись в то, что здесь обзывали одеялами погрузилась в здоровый сон физически уставшего человека (драка без применения магии оказалась уже почти забытым, а потому тяжелым, но вполне удовлетворяющим и умиротворяющим делом). Уже сонно поворочавшись мысли в голове все-таки выпихнули в пределы осознания свою товарку, намекнувшую мне, что завтра все может оказаться не так уж и плохо.
Утро порадовало бурными воплями освобожденной Съенны громогласно, с применением возмущенных интонаций и слезных завываний требующей переселить это "отвратительное чудовище" то есть меня от её изнеженной светлости, не желающей делить крышу над головой с психически неустойчивым существом с ярко выраженными анти социальными наклонностями. Последнее опять же было про меня.
На все визги, ор и крики последовала всего одна фраза произнесенная скучающим тоном явно не подразумевающим интерес как к причине истерике так и к самой истеричке:
— Леди Съенна, вы уверены что хотите чтобы вас переселили? — Дядечка в безлико-серой мантии с каким-то официальным знаком на плече держал в руках сверток и всем своим видом показывал, что лично ему глубоко наплевать на все вокруг. И особенно на нервную белобрысую красотку, отчаянно хлопающую ресницами в попытке прибавить к истеричному облику легкий флер обворожительности.
— Нет, я хочу чтобы отселили её! Она не заслуживает чести жить в одной комнате с дочерью герцога Лаора! Да как… — Снова начала вещать на повышенных тонах моя соседка.
Которая, кстати, оказалась родственницей императора. Дальней конечно же, потому как всех более-менее близких (за исключением жены и детей) Кальтарн уже пересажал в особняки и башни типа "тюрьма домашняя". А что поделать? Родственнички нынешнего правителя оказались на редкость жадными до власти.
Если я не ошибаюсь, то герцог Лаор приходился нашему царю-батюшке троюродным племянником со стороны матери и не мог наследовать трон даже в случае тотального искоренения династии Лишенных Рода. В общем, папочка Съенны всего лишь имел хорошие связи во дворце, ну так и я лично с Кальтарном знакома. Черта с два мне это что-нибудь даст в действительности, но в случае чего можно, как выражался некий человек в мире Валерии: "удавить авторитетом".
