Чтобы избавить меня от клейма Магу потребовалось всего одно прикосновение. Запахи, цвета и звуки нахлынули одновременно, тело, стягиваясь в единый узел судороги, пропустило сквозь себя магию, скинуло осколки чужого колдовства, и только очистившись от подобного мусора, обессилено замерло на полу. Под голову мне подложили скомканную мантию Ювентания, на лоб легла холодная рука, и я блаженно улыбнулась. Да, было больно, да, было противно, когда приставшая пыль разрушенных чар сгорала в пламени моей магии, но это было совершенно! Вновь чувствовать свои силы в полной мере, ощущать весь спектр чувств…. будь я немного злопамятнее, я бы голыми руками придушила Вирлана, за то, чего он меня лишил. Всего два дня, а кажется, словно годы прошли с тех самых пор, когда я в последний раз чувствовала ленивое ворчание огненной стихии глубоко внутри.
— Я не думал…. — Судорожно задыхаясь, начал Вирлан. Его охрипший голос лучше всяких слов раскрывал, какие именно впечатления только что пережил Маг. Хотел развивать связь? Вот и получил все радости подобных уз.
— Оно и видно. — Буркнул Ювентаний. — Я считал излишним напоминать тебе, как опасно ограничивать растущего Магистра. Но, похоже, ты слишком быстро забыл каково это, когда ты зависишь от магии и от того, чтобы твоя магия не смешивалась с внешними источниками. Переоценил я твои умственные способности, Вирлан, ох как переоценил. — Таний перевернул ладонь, и новая порция успокаивающего холода обдала меня, заставив счастливо жмуриться. — Ты как, девочка?
— Блаженственно. — Мурлыкнула я.
— Нет такого слова. — Усмехнулся дядя.
— А состояние есть.
— Как скажешь. Можешь не возвращаться в свою комнату, мы уезжаем домой.
— Как домой? — Опешил Вирлан. — А как же… — Начать-то начал, но договаривать не стал.
— Что "как же"? — Переспросил Таний тоном, не предвещающим ничего хорошего.
— Вирлан пытается сказать, что если ты сейчас заберешь меня, то он больше не сможет пользоваться нашим родством и развитие связи замедлится. Он очень не хочет откладывать свое становление как парного Магистра. — С нескрываемым удовольствием наябедничала я.
— И как давно ты это узнала? — Обращался-то Таний ко мне, но вот недобрый взгляд был направлен на слегка побледневшего Вирлана.
— Да вот на днях. Сразу после того, как узнала, что от поступления в этот лагерь особо строгого режима меня мог отмазать сам хозяин этого заведения, по-родственному, так сказать. Мог, но не сделал, и чтобы избежать выяснения отношений поспешил огорошить идеей про парных Магистров.
— Ладно. А ты?
Вирлан поежился и неохотно признал:
— Подозревать начал как только она родилась. А догадался уже после похода на Моргрейна. Сидение в тюрьме очень располагает к мыслительному процессу. — Огрызнулся-таки братец.
— Жаль только, видимых результатов этот процесс тебе не принес. — Парировал Таний, вставая и начиная ходить по комнате. — Рановато вы узнали все это, дети.
— И сколько ты собирался скрывать этот факт от нас? — Осведомился Вирлан.
Таний только отмахнулся:
— Столько, сколько потребовалось бы. По крайней мере до тех пор, пока Велария полностью не ощутила бы свои силы как Магистра Мрака. До чего вы дошли? — Резко спросил он.
— До ощущения образов, сильные эмоции тоже очень ярко передаются. — Тем же резким тоном с примесью самодовольства ответил Риан.
— Значит уже поздно. — Вздохнул дядя, усаживаясь на стол.
Я повернулась на бок, и, подперев голову рукой, спросила:
— Ты о чем?
— Разделять вас поздно, вот о чем. Развести вас по разным углам сейчас, это все равно, что разрубить узы. В лучшем случае они ослабеют, в худшем — исчезнут окончательно, заметно ограничив ваши нынешние возможности. Ни то, ни другое вам обоим не нужно, так что пока все придется оставить так. Извини, Велария, но ближайший год тебе придется провести в Акарэе
— Эй, я не хочу опять слушать какая я никчемная бездарность и жить на чердаке в компании истерички! — Возмутилась я, резко усаживаясь. Как ни странно, никаких отрицательных ощущений не последовало.
Дядя удивленно вскинул брови и с подозрением посмотрел на Вирлана:
— Ты что здесь устроил?
— Это не я. По большей части. — Поспешно уточнил Маг. — И вообще, ты меня еще в худшие условия засовывал.
— Так это что, месть? — Мне могло и показаться, но в голосе дяди мелькнуло презрение.
— Нет! — Искренне возмутился Риан. — Тем, чем они занимаются на уроках я, каюсь, и не интересовался, но с комнатой просто были временные затруднения. Я вовсе не собирался уморить её здесь.
— Пока все что я увидел, ставит это под сомнение. И вообще, Вирлан, — в темно-зеленом взгляде появилось иезуитское лукавство, — ты что, упустил Акарэю?
— С чего ты взял?
