Небо прорезала молния, сзади запахло паленым, а мне даже не нужно было оборачиваться, чтобы увидеть, во что превратились мои преследователи. Тело словно оцепенело, и единственное что я могла делать, это смотреть как молнии бьют в землю и как в центре поля, раскидав людей и гшерцев, зарождается мощный смерч. Обиженно взвыли ветра, утягиваемые в общую круговерть, жгучим порошком взметнулась пыль и мелкий сор, деревья, тоскливо скрипя гнули свои ветви. Казалось, что все будет сметено этой мощью, но прогремел рокочущий гром и воздушная волна, отдачей от лопнувшей нити вихря, уложила всех на землю.
В наступившей тишине, там, где стихия подровняла площадку для боя, выпрямились две фигуры: светловолосого вампира и крепко сжимающего косу Магистра.
Задыхаясь от шока, я старалась отползти подальше, избавиться от раздирающего ощущения смешавшихся эмоций моих и брата. Все сгинуло под натиском чистейшей, как родниковая вода, паникой, когда смутно знакомый вампир как гончая втянув воздух, повернул голову в мою сторону и безошибочно вперился голодным взглядом именно в меня.
— Лааль. — Прошептала я.
Тот не мог меня слышать, но догадался. Кивнул, отвесил издевательский поклон, уходя от удара косы и целенаправленно двинулся в мою сторону, походя отбивая атаки Вирлана.
Я не нашла ничего лучше и эффективнее как завизжать во всю силу легких и дунуть обратно к Лексу. Далеко уйти не успела, скошенная отразившейся эхом в душе яростью Вирлана, его жаждой убийства, я замерла на месте и развернулась лицом к вампиру. Чувствуя, что улыбаюсь, глубоко вздохнула и выпустила Когти. Я, Велария Этенл, Магистр, мне не престало удирать от твари, которая должна была сдохнуть задолго, до моего рождения. Ощущая одобрение Вирлана, двинулась навстречу вампиру. Вдвоем с братом уморить эту замшелую легенду не составит труда.
Сэш-Лааль благосклонно окинул взглядом меня и нарочито медленно двинулся вперед. Я вежливо улыбнулась в ответ, и позволила Вирлану нанести первый удар. Свистнула сталь косы, блеснули Когти, тускло вспыхнули золотом волосы вампира, текуче уходящего с линии удара. Мерзавец играл с нами, развлекался, позволяя подойти почти вплотную. Дурея от ярости брата я начала терять концентрацию, движения стали рваными и неточными, перед глазами все двоилось. В какой-то момент я смогла трезво посмотреть на бой и пришла в тихий ужас — своей импульсивностью Вирлан лишал нас шанса на победу. Его атаки были стремительны и смертоносны, но вампир, распалив злобу в брате, холодным расчетом, без применения оружия уже побеждал нас.
Почувствовав перемену в моем настроении, Сэш-Лааль в очередной раз ускользнул из-под удара и, оказавшись рядом со мной, выдохнул:
— Такая легкая добыча. — И зло прищурив глаза, одним практически невидимым движением выкинул руку вперед. Тончайшим шелком скользнул холод по боку, я ожидала боли, и она пришла. Но появилась совсем не в том месте где должна была. Чувствуя как вокруг сердца расползается жгучий мороз, я опустила взгляд вниз, на руку вампира, будучи уверенной, что увижу там кинжал или короткий меч.
Ладонь вампира была пуста, но Вирлан пораженно замер, глядя на торчавшую из его груди золотую пластину, тонкую и острую как бритва. С мелодичным звоном упало на землю разорванное ожерелье Лааля, открывая взгляду устрашающего вида шрам.
Горло перехватило плотным ошейником удушья, боль Вирлана вспыхнула в моем теле ярче и магия, стремясь защитить носителя, ринулась наружу сквозь все запреты и барьеры.
Черное и белое смешалось в кристально чистую силу, задрожала земля, взметнулись вверх растрепанные поднявшимся ветром волосы. Низкий гул заполнил все пространство вокруг, гшерцы падали как один, оглушенные силой, с воем катался по земле вампир, не выдерживая натиска чистой магии, довольно щурился Вирлан и внезапно, поток магии с его стороны исчез. Тело брата застыло, а магия внутри меня вскипела с новой силой. Исчез приятный и уютный мрак, померкла светлая магия, и как картинка на засвеченной пленке исчезло чувство принадлежности к огненной стихии. Осталась только чистейшая магия, рвущаяся наружу и сметающая все на своем пути, запылало и обратилось пеплом визжащее тело вампира, конвульсивно задрожали гшерцы. Витар искореженный до неузнаваемости неизвестной силой жгущимися искрами вгрызался в мою магию, но не в силах с нею справиться, растворялся.
Заполняя и исправляя порушенный чьей-то злой волей магический фон растекалась чистая сила и я не желала прекращать её ток. Неограниченное могущество, то, чего так жаждал брат, теперь уютно устроилось мантией на моих плечах. Не было ничего и никого, кто смог бы противостоять мне и захлебываясь абсолютно счастливым смехом, я взглянула в небо. Там, в его серых просторах, стремительно увеличивалась точка. Новая цель для уничтожения приближалась.
Но опасность пришла не с небес. Невзрачный человек показался из леса и, неспешно ступая среди сраженных магией тел, двинулся в мою сторону. Голос, такой же непримечательный как и оболочка, шуршанием змеиной чешуи по камню, прошелестел:
