Кабинет врача. Обстановка бесцветная, стерильная. Кроме внешнего входа, виден второй, внутренний, в операционную. Оттуда выходят врач и пациентка.
ГУАМБОШАРАМБО
/ пустячок в одном действии /
ДЕЙСТВУЮТ:
Врач-гинеколог от всех болезней.
Пациентка.
Мужчина-переводчик, потом женщина-иностранка.
Женщина-иностранка, потом мужчина-переводчик.
Кабинет врача. Обстановка бесцветная, стерильная.
Кроме внешнего входа, виден второй, внутренний,
в операционную. Оттуда выходят врач и пациентка.
ВРАЧ /выпроваживая пациентку /. А жаль, была бы прекрасная малышка. Этакая суперфлю.
ПАЦИЕНТКА. Суперфлю? Это...
ВРАЧ. Нечто такое же волшебное, как её несостоявшаяся мама. Она бы тоже приходила ко мне. Сначала с вами, потом одна.
ПАЦИЕНТКА. Ах, доктор, дети нынче обходятся дороже врачей.
ВРАЧ. До свидания, милая. Не без удовольствия снова встречусь с вами.
Пациентка уходит. В дверь просовывается голова мужчины.
Из-за его плеча выглядывает женщина.
МУЖЧИНА. Здравствуйте, доктор. Видите ли...
ВРАЧ. Не слепой. Надо полагать, вы супруг этой дамы. Поздравляю с роскошным выбором, но при осмотре ваше присутствие не обязательно.
МУЖЧИНА. Я не муж...
ВРАЧ. Тем хуже.
МУЖЧИНА. Но без меня...
ВРАЧ / пытается вытолкать его за дверь /. Без вас... Без вас...
МУЖЧИНА. У вас ничего не получится.
ВРАЧ. У меня? Хо-хо-хо! Только что получилось. /Продолжает выталкивать /.
МУЖЧИНА / отбиваясь /. Эта дама иностранка.
ВРАЧ / от удивления отпускает мужчину /. Вот даже как! / кланяется даме /. Женщин у меня навалом, но иностранные ни разу... /снова кланяется /. Для меня это большая честь, мадам. Кто бы мог подумать, такая реклама! / снова кланяется /. Я сгораю от научного нетерпения / мужчине /. Чего она на меня уставилась?
МУЖЧИНА. О чём я и толкую, доктор! Она иностранка и ни бельмеса не сечёт не по-своему.
ВРАЧ / подозрительно глядит на мужчину /. Но вы, надеюсь...
МУЖЧИНА. Пока нет.
ВРАЧ. А кто?
МУЖЧИНА. Переводчик.
ВРАЧ. Что вы переводите, если она всё время молчит. Может, немая?
МУЖЧИНА. Исключено, доктор. Те, кто имел с ней дело, уверяют, что её надо разговорить, а потом делай с ней всё, что захочешь. Но у нас такая служба, доктор, что приходится переводить и молчание.
ВРАЧ. Тогда переведите, о чём она молчит в данную конкретную минуту.
МУЖЧИНА. Она молчит об аборте.
ВРАЧ /задумчиво /. Значит, кто-то всё-таки её разговорил... Но что ей мешает сделать у себя на родине? Кто мне ответит, если она молчит?
МУЖЧИНА. Отвечу я. Она боится разоблачения. Тонкая женская психика.
ВРАЧ. Все женские тонкости мне знакомы, можете не сомневаться. Сначала думают, что делают хорошо, а после догадываются, что получилось ещё хуже. Кстати, откуда она такая эмансипированная?
МУЖЧИНА. Из Гуамбошарамбо.
ВРАЧ. Это страна или полуостров?
МУЖЧИНА. Материк.
ВРАЧ. Наверно потому, что мужчины всё время матерятся. Их можно понять: не успевают оглянуться, а уже надо делать аборт.
МУЖЧИНА. Там едят анчоусы.
ВРАЧ. Мне доводилось слышать, правда, краем чужого уха, будто анчоусы возбуждают, но кого именно, мужчин или женщин, дослушать не удалось. А в Бразилию от них попасть можно?
МУЖЧИНА. У них всё можно, но никому не нужно. Им хватает своего. Зачем искать где-то, когда дома без дела лежит. Кроме того, у них виртуальные расхождения. Бразилия находится сбоку, а в Гуамбошарамбо ходят наискосок.
ВРАЧ. Вот и шла бы на абортаж у себя дома. Может у них дерьмовые врачи?
МУЖЧИНА. Дерьма хватает. А есть ли среди них врачи, сказать не берусь. Кроме того, правительство запретило аборты, ибо замыслило увеличить население с последующей перепродажей на другие континенты и конгломераты. Иные способы получения доходов им неизвестны.
ВРАЧ. Как я погляжу, не все там подряд дураки.
МУЖЧИНА. Со стороны, может, так и покажется, но изнутри всё видится наоборот.
ВРАЧ. Правильней сказать "на аборт". Тогда пусть изнутри им кажется то, что со стороны видится на аборт. Кстати, когда у них последний раз проводились демократические выборы?
МУЖЧИНА. Последний раз? Никогда. А когда предпоследний, не знаю.
ВРАЧ. Они, что же, приходят к власти сами по себе?
МУЖЧИНА. Иногда сами, а иногда по себе.
ВРАЧ. С точки зрения тех, кто сам по себе, вполне разумное решение. Как называется их страна?
МУЖЧИНА. Гуамбошарамбо.
ВРАЧ. Теперь вспомнил, но забыл, какая часть света?
МУЖЧИНА. Материк.
ВРАЧ. Но хоть матерятся прилично?
МУЖЧИНА. Похоже на то, поскольку не переводимо.
ВРАЧ. Понимаю, в чём, собственно, сложность. Когда хочет, то не может, когда может, нет желания. Придётся взять себя в руки, а вздумает материться, притворюсь, что без переводчика ни бельмеса. /Оценивает взглядом мужчину /. Хотя и с переводчиком тоже. Но, поскольку вы уже здесь, раздевайтесь. /Тот в ужасе / Чего уставились на меня? Или тоже без перевода ни бум-бум?
МУЖЧИНА. Я... Я... Я...
ВРАЧ. Не я же...
МУЖЧИНА. Зачем?
ВРАЧ. Таким нехитрым способом дадим ей понять, чего от неё требуется.
МУЖЧИНА. У них в Гуамбошарамбо так не принято.
ВРАЧ. Пусть примут.
МУЖЧИНА. Что примут?
ВРАЧ. То, что не принято.
МУЖЧИНА. А что не принято?
ВРАЧ. Я вам толкую не про то, что, а про то, где.
МУЖЧИНА. Но и про то где, может быть не про то что.
ВРАЧ. В Гуамбошарамбо. Там в присутствии нас женщины раздеваются?
МУЖЧИНА. Сколько угодно и даже с удовольствием.
