За столом в кресле развалился Карета – мощный черноволосый мужик ростом под метр восемьдесят, с узким прищуром глаз и похожим на пельмень ломанным-переломанным правым ухом. Он всегда одет просто, без лишних понтов. Так и сейчас – на Карете темно-синяя хлопковая рубашка с расстегнутыми верхними пуговицами и закатанными рукавами, джинсы и черные туфли.
Жизнь Кареты расписана по стандартному сценарию. В молодости, будучи профессиональным дзюдоистом, он попал в бригаду человека, успешно выдававшего себя за авторитета, но по итогу оказавшегося обыкновенным беспредельщиком. Не проработал Карета и полгода, как нарисовалась тема – взять под крыло одного «жирного» юриста. На двух машинах ребята приехали в офис и без какой-либо предварительной подготовки вывалили юристу свое коммерческое предложение. Тот в штыки, стал угрожать. Ну, Карета и пробил дельцу череп молотком прямо в кабинете. Зачем он это сделал, откуда в кабинете юриста взялся молоток и о многих других подробностях происшествия история умалчивает, но, по крайней мере, именно такая версия давно закрепилась в узких кругах как правдивая. Мозги на костюм, секретарша в визг, а уже через час под офисом открылась выставка элитных автомобилей. Юрист оказался не простым – он вел дела одного из самых влиятельных движений столицы. Когда глава бригады, наехавшей на юриста, случайно не вернулся с загородной рыбалки, Карета, чтоб укрыться от неминуемого наказания, спетлял куда подальше – служить пограничником в соседнюю республику. На предплечье у него самопальная татуировка размером со спичечный коробок – группа крови. После армии Карета воевал наемником на Кавказе, оттуда вернулся уже не простым быком, а человеком с полезными завязками и правильным пониманием жизни. По возвращению участвовал в создании охранной фирмы, а по факту – легализованного ОПГ для вооруженной поддержки рейдерских захватов. Сейчас Карета – глава службы безопасности ряда игорных заведений и притонов, принадлежащих человеку, передвигающемуся по городу кортежем из трех «геликов» с мигалками на номерах «7000».
– Чего стоишь? – обращается к Костылю Карета, не отрываясь от сотового. – Присаживайся. Тебя кенты уже заждались.
Костыль повинуется. Трава дает о себе знать, и парень постепенно забывает о волнении.
– Короче, – Карета поворачивается в кресле, – у меня мало времени, поэтому вникайте резче, – он смотрит на наручные часы в массивном золотом корпусе, словно для того, чтобы удостовериться в сказанном. – Вы давно играете?
– Здесь или вообще? – пересохшим горлом спрашивает ЭлЭм.
– Здесь, конечно. Меня не волнуют ваши игры под фантики.
– Два года, – выпрямляется на диване Свят.
– Отлично. Да ты не ссы, никто тебя трогать не будет, – говорит Карета, но в его голосе чувствуется скрытая угроза. – Значит, два года. Надеюсь, за два года вы поняли, на чем зарабатывает покерный клуб?
Карета сталкивается с молчанием.
– Ну?! – из его мощной груди вырывается медвежий рык.
– На рейке, – ЭлЭм отвечает неуверенно, словно двоечник у доски.
– А что такое рейк? – Карета снова понижает голос.
– Процент с каждого разыгранного банка, – смелость потихоньку возвращается к ЭлЭму, как это бывает со школьником, которому учитель подсказал правильный ход решения уравнения.
Карета выпячивает нижнюю губу.
– Вот. И, чем больше денег разыгрывается за столом, тем больший процент получает клуб. Я прав?
– Да, – Свят встречается взглядами с Каретой и замечает в его глазах проблеск агрессии.
– Так какого хуя вы, щенки, возомнили, что сможете на протяжении двух лет приходить сюда, забирать синих лохов и доить их на стороне? – с поразительной невозмутимостью протягивает Карета.
Свят давно подозревал, что рано или поздно их маневры вскроют. Вопрос был лишь в том, как скоро это случится и чем это для них обернется.
– Вижу, вы меня понимаете. Само собой, оправдываться бесполезно. Да и некогда мне с вами возиться из-за тех копеек, на которые вы кинули клуб. Дело вот в чем. Мой опыт подсказывает, что, если таких хитровыебанных, как вы, вовремя не наказать, в будущем они обязательно оборзеют и доставят гораздо больше неприятностей. Теперь, как мы поступим, – Карета берет небольшую паузу, чтобы сбросить входящий звонок. – С сегодняшнего дня вы в черном списке этого и всех других приличных клубов города. Лично мне за этот цирк вы должны по десятке зелени. Каждый. Привезете на неделе, оставите Захару, охраннику. Думаю, ясно, что шутки шутить с вами никто не будет? – весь монолог Карета ведет ровным, спокойным тоном. Покачав головой и не дождавшись ответа на свой вопрос, он резюмирует:
– Я так и думал.
Еще раз обведя взглядом сидящих на диване растерянных пацанов, Карета спрашивает, как ни в чем не бывало:
– Ну, чего сидите? Свободны. Захар!
В дверном проеме появляется бульдожья морда, намертво приделанная к бычьей шее:
– Станислав Вадимыч…
– Проводи ребят, чтобы не заблудились.
– Понял, – кивает охранник и вмиг оказывается у дивана. Он снова больно хватает за руку Костыля, сидящего ближе остальных.
