Два человека, они всё ещё любят друг друга, да, чувства истерзаны, испачканы, но ещё живы. Они ещё любят.
Чтобы всё вернуть и попытаться вновь стать счастливыми, недостаёт сущего пустяка — одного шага навстречу, который порой так трудно сделать.
Спасение в том,
чтобы сделать первый шаг.
Ещё один шаг.
С него-то всё и начинается заново…
Они молчали несколько секунд, которые им обоим показались вечностью.
— Проходи, — первым очнулся Андрей, он и сам не понимал, что происходит, но всё же отошёл в сторону, пропуская её.
— Спасибо, — так же робко проговорила она, это слово, этот жест для неё много значили — у неё появился шанс исправить ошибки, хоть и призрачный.
Она осторожно вошла, будто боясь, что он может передумать и прогнать её, как несколько месяцев назад.
— Меня должны были завтра выписать, а я попросила, чтобы сегодня отпустили, — принялась Яна объяснять причины своего неожиданного появления. Она загадочно и робко улыбалась, пряча одну руку за спиной, — очень хотелось попасть на игру.
— Я видел тебя на трибуне, — попытался Андрей поддержать разговор, это ему удавалась с трудом, чувство неловкости не покидало, и вроде перед ним та же Яна, но что-то было не так.
— А я тебя видела на льду, — она хваталась за каждое его слово, как за соломинку, и пусть сейчас она, возможно, выглядела глупо, её это не волновало. — Кстати, очень хорошую шайбу забил.
— Спасибо, — смутился Кисляк, ему до сих пор было приятно слышать её похвалу.
— Может быть, отметим? — спросила она, как оказалось, за спиной она держала торт.
— С удовольствием, — медленно проговорил хоккеист, чувство неловкости усилилось, ведь он уже не маленький и знал, чем в большинстве случаев заканчиваются такие чаепития.
— Мм…- Яна вдруг осознала, что чего-то не хватает отца Андрея он не вышел встречать гостью, это было на него не похоже, и девушка, набравшись смелости, спросила: — А ты один дома?
— Да, папа в Подольск уехал, — ответил парень. — Давай помогу, — с этими словами он взял торт и сумочку у неё из рук.
— Да, спасибо, — охотно отозвалась она и повернулась к нему спиной, что позволяло ему снять с неё лёгкую куртку, она аккуратно убрала в сторону собранные в хвост волосы и замерла, чувствуя, как его сильные мужественные руки легли на её хрупкие плечи.
***
Она не решалась шевелиться и даже дышать, боясь спугнуть это ощущение, она слишком истосковалась по его прикосновениям. Его горячее дыхание скользило по её затылку, а он чувствовал, как её тело парализует мелкая дрожь. Два человека в пустой квартире в полной тишине. В их телах зажегся огонёк желания, — желания овладеть друг другом, но они сами боялись этого, ведь огонь может согреть, а может и сжечь, но готовы ли они сгореть? Могут ли они настолько доверять друг другу? Она ему да, а он ей? Пожалуй, нет, по крайней мере, пока нет, а дальше время покажет.
Божественный запах её волос манил его настолько сильно, что он больше был не в силах противиться своим желаниям. Он отдавал себе отчёт в своих действиях, понимая, что, возможно, в будущем он пожалеет об этом, и будет ещё больнее, но это будет потом, а сейчас, сейчас…
— Яна… — тихо позвал он, она обернулась очень медленно, словно опасаясь спугнуть мираж.
Они смотрели в глаза друг другу, а в следующие секунды их губы слились в поцелуе. Глубокий откровенный поцелуй мгновенно вскружил головы обоим.
Он языком ласкал её нёбо, крепко придерживая её за шею, ему хотелось, чтобы она была как можно ближе. Яна хотела того же, робко, несмело, словно стыдясь своих действий и желаний, она обняла его за шею, целовала так, как будто хотела напиться, как хочет напиться человек после изнурительной жажды в пустыне. Его губы были такими нежными, такими сладкими, такими желанными.
Он спустился ниже и стал покрывать жаркими мокрыми поцелуями её шею. Яна запрокинула голову, а он изредка играл пальцами с короткими волосками на её затылке.
Дыхание девушки немного сбилось.
«Соскучилась», — подумал Кисляк, видя, как меняется Яна, но торопиться он и не собирался — её слишком долго не было, он будет наслаждаться ею по капле, словно глотками дорого вина.
Он медленно стал сдвигать с её плеч ветровку. Его руки были уверенными и сильными. Он знал, что делает, а она подчинялась ему, отдавая всю себя… Яна впервые хотела не получать, а отдавать любовь, только сейчас она осознала, как он важен для неё.
Он делал всё, чтобы она чувствовала, как вместе с лёгкой тканью вниз скользят его руки. Через секунду куртка упала, громко звякнув молнией об пол.
Закрытый кластер памяти со звоном лопнул, Яна вспомнила, как однажды в старой квартире Андрея с ней происходило что-то подобное, Андрей так же медленно и соблазнительно снимал сильными руками с неё кофту, девушке показалось, что прошлое возвращается.
Повинуясь каким-то тайным желаниям, Яна аккуратно запустила руки под кофту парня, то и дело с опаской поглядывая на него. Девушку не покидало ощущение страха, она боялась сделать что-то не так, допустить ошибку, показаться навязчивой, отпугнуть его каким-нибудь неосторожным движением, словно бабочку, севшую на ладонь.
