Калека, с которого всё началось, который «умер на асфальте».
– Как это вы!.. Просто поразительно! Такой эффект!.. Браво, просто браво!
– Опыт, я двадцать лет преподавал сценический бой и умею драться, падать и умирать. Это моя профессия…
Ветераны, те, которые первыми, за психами, сунулись в драку и других за собой увлекли…
Метатели орденов, с которых началось, а потом само покатило…
Дамы из толпы с истеричными криками. Без них никак, без них толпу не раскачать…
Операторы…
И только сумасшедшие ветераны ничего не получили, кроме лошадиных доз таблеток и уколов в задницы. Потому что чуть не единственные в этой истории воевали честно, как тогда, во Вьетнаме и на Ближнем Востоке, не щадя своей крови и самой жизни. Честные, они всегда остаются ни с чем.
И вот теперь почти все. Потому что кровь – основа революции. А движитель – деньги… И деньги были. А теперь появилась кровь. И появился адресат, на которого американскому народу указали пальчиком и чьё логово пометили… брошенными орденами и медалями.
Ну, значит, пора…
Толпа размахивала флажками и напирала. Вернее, не толпа, а народонаселение. А еще вернее – электорат, тот, который голосует и выбирает. Перед толпой выступал вице-президент. Он улыбался, обещал и грозил. Обещал американцам и грозил их многочисленным врагам. А после спустился к людям. Потому что иначе нельзя. Нельзя дистанцироваться от своего потенциального избирателя, так как в Америке все равны.
Вице-президент жал руки, что-то спрашивал, кому-то отвечал, кого-то по-приятельски похлопывал по плечу. Телохранители вкруговую прикрывали его телами, внимательно осматриваясь по сторонам. Потому что одного их президента, того, который из Голливуда, уже чуть не пристрелили. И еще в толпе вертелись другие неприметные типчики, которые наблюдали за чужими руками. В которых были флажки, открытки и книжки. Так как народ жаждал получить автограф своего вице-президента.
– Распишитесь вот здесь, пожалуйста!..
– И мне!..
– И моей дочке в альбом!..
Дородная афроамериканка подняла, толкнула вперёд свою дочурку. Ей отказать было никак нельзя! Сопливая девочка висела над вице-президентом, болтая ножками.
– Как тебя зовут? – радостно улыбаясь, спросил вице-президент.
– Джейн.
Девочка протянула какую-то тетрадку. И получила долгожданную подпись.
– И мне, вот здесь, на вашей фотографии.
– Как вас зовут?
И еще кто-то. И еще…
– Посмотрите, мой сын написал стихи про Америку!
Какой-то здоровенный, в прозрачной суперобложке альбом, а в нём от руки красивым почерком что-то про флаг, гимн и страну. Прочитать, похвалить, показать толпе альбом и автора. Вот оно – будущее Америки, которое подхватит знамя!.. Уф.
– Вот ваша книга, я прочитал ее, я восхищён, напишите мне пару слов…
Ну, всё, хватит. Потому что всех не облобызаешь. Телохранители стали оттеснять толпу, пробивая коридор к машине.
– Всем спасибо! Вместе мы сделаем нашу страну процветающей…
Чуть в стороне, негритянка, парень с альбомом и другой – с книгой, и еще несколько, сдавали автографы.
– Вот, он здесь расписался, вот, смотрите.
– Вижу. Отлично. Держи сотку, как обещал.
– А зачем вам это?
– Автографы известных людей коллекционирую. У меня даже росчерк Рузвельта есть. И Кеннеди тоже!
– А вот волосинки. С плеча.
– Его?
– Его точно.
Сотка. Потому, что коллекционировать можно не только автографы, но и пряди волос любимых людей и прятать их в медальоны, которые носят на груди.
– Вот альбом. Но только без подписи.
– Почему?
– Я не успел.
– Но он открыл альбом, посмотрел, оценил?
– Да, открыл и даже несколько страниц пролистал.
Тогда не сотку, тогда полтинник…
– Ну, кто там еще?..
– Мне нужно встретиться с вашим другом… Когда?.. Да, спасибо…
На этот раз реверансов не было, на этот раз всё прошло пусть не в дружеской, но деловой обстановке.
– Мне кажется, предпосылки создались. Если говорить о населении Соединённых Штатов Америки. Рейтинги президента, как вы знаете, рухнули до… неприличных величин. Народ Америки готов…
– Это вы? – злобно глядя, спросил вице-президент.
– Что «мы»?
– Устроили всё это?
– Но ведь вам нужен был результат? И он достигнут. В самое короткое время. А методы?.. У вас есть другие? Если есть, то подскажите.
– Но это… это… Америку трясёт, как в лихорадке!
– Конечно. И должно трясти. Всех больных трясёт, а Америка, она больна. Не беспокойтесь, кризис пройдёт и жар спадёт. Вы поможете своей стране.
– Я?
– А кто еще? Боюсь, президент может не усидеть в своём кресле, и тогда наступит ваше время.
– Вы уверены?.. Боюсь, вы ошибаетесь, всё это, что происходит теперь в стране, не повод. Да, это очень серьёзно и народ отвернулся от избранного президента, но вряд ли этого будет достаточно для столь резких шагов. В крайнем случае, он объявит чрезвычайное положение и конгресс поддержит его.
– Это не факт, я про конгресс. Но, допустим… Только чрезвычайное положение не может защитить президента Соединённых Штатов, равно как и других высокопоставленных чиновников, от скандалов, связанных с их именами. Чрезвычайное положение вводится, когда что-то угрожает нации, а не лично руководителям страны.
– Что вы имеете в виду?
